— Но разве если ты и легион в считанные дни не выиграют эту войну уничтожив всю армию турков, это нельзя будет представить как результат силы империи? — Спросила эльфийка. — Наличие у страны такого сильного мага и небольшой армии, которая несмотря на свою численность способна уничтожить десятки и даже сотни тысяч вражеских солдат, должно стать тем самым козырем, который будет устрашать любого?
— Проблема тут именно во мне, — продолжил я ей объяснять ситуацию. — Даже легион полностью связывают со мной. И дело тут даже не в том, что потом будут «Ой, да вам Зотов всю войну выиграл», хотя это важный аспект. Я не вечен, легион для власти и императора при всей его пользе является скорее раздражающим и опасным фактором. Поэтому мы с Виктором договорились, что в определённый момент большая часть легиона будет расформирована и многие его бойцы потом станут частью государственной армии. Я тоже у многих вызываю опасения и раздражение, но со мною никто ничего поделать не может.
— Получается империя хочет показать, что пускай оно использует легион и позволяет вам действовать достаточно независимо, но оно и само сильно и может сразиться с любым врагом, — Нитараэль поняла, что именно я пытался до неё донести. — Легион будет использоваться до конца кризиса, после чего его бойцы усилят армию, которая явно понесёт серьёзные потери в ходе борьбы с иномирцами и монстрами. А вы уже и так сильно привязаны к империи. Не последнюю роль в этом играют ваши с Еленой отношения.
— Ну ты и сама всё расписала, — кивнул я. — Император ко мне благосклонен, вот даже позволил вести войну так, как я хочу. Уверен, что он уже давно решил, когда мне дать графский титул. А княжеским родом Зотовы станут, когда у меня уже будут жёны и хотя бы три-четыре ребёнка. Всё же род должен крепко стоять на ногах, чтобы быть княжеским. Император от лица всей империи хочет показать, что меня тут ценят и нигде ко мне так хорошо не будут относится. Я всё это понимаю, Виктор осознаёт, что я всё понимаю, но мы играем в эту игру и не задаём друг другу лишние вопросы. Такое у нас высшее общество. Но вернёмся к теме почему мы воюем именно так и никак иначе. Упущен один крайне важный фактор, который играет ключевую роль. Без него император легко бы согласился на то, чтобы мы с легионом выиграли для него эту войну.
— То есть ты тут в красках расписывал причины, по которым мы вынуждены воевать не в полную силу, но на деле всё дело в одной не озвученной причине? — С лёгкой обидой в голосе спросила эльфийка.
— Не дуйся, ты и сама понимаешь, что уже всё озвученное это серьёзный такой повод поступить так, как мы поступаем сейчас, — улыбнулся я. — Но да, основная причина в другом. И ты про неё прекрасно знаешь, как и все вокруг. А дело в том, как закончилась последняя большая война для империи.
— Россия потерпела поражение, у неё отняли значительные западные территории и часть южных, — во взгляде и тоне голоса дроу чувствовалось резкое понимание что к чему. — Пускай основной костяк ключевых территорий остался в составе империи, но страна понесла серьёзные потери, началась внутренняя смута. И последние несколько десятилетий Россию не то что не считали одной из главных мировых держав, все ждали момента, когда кто-либо нанесёт ей смертельный удар и она развалиться.
— В точку, — я снова кивнул головой. — Рюриковичи очень постарались исправить ситуацию, им пришлось приложить немало усилий для того, чтобы страна твёрдо встала на ноги и как минимум могла защитить себя. Только вот обстоятельства складываются так, что необходимо сделать нечто больше. И только если мы раздавим Турцию словно таракана показав всем, что империя сильна настолько, насколько не была сильна никогда ранее, с нами начнут считаться. А это важно если мы собираемся создать крепкий альянс стран перед самым кризисом и после создать новую структуру взамен Совета Неназванных, которая будет поддерживать порядок в мире. И стать во главе всего это может лишь та держава, которая невероятно сила, у которой есть верные союзники и которая при необходимости сможет взять за горло тех, кто решит вставлять ей палки в колёса.