Луи подошел к нему на шаг ближе и поднял руку, повернув ладонь к Акселю.
— Можно?
Когда Аксель кивнул, Луи опустил руку прямо ему на грудь, и по комнате прокатилась волна жара… у меня слегка покраснело лицо.
— Интересно, — сказал Луи, и его губы дрогнули, словно он хотел рассмеяться. — У меня есть несколько мыслей о том, как помочь тебе. Давай поговорим после этой встречи.
На лице Акселя промелькнуло облегчение, когда он кивнул.
— Отлично, спасибо.
Колдун разглядывал его еще несколько минут, прежде чем снова переключить внимание на нас.
— Мы хотим знать все, что здесь происходит, — быстро сказал он, — но сначала мы расскажем вам, что было решено в Румынии.
Мест для всех нас не хватало, поэтому мы просто придвинулись поближе, позволив Луи и Главе Джонсу встать по другую сторону его стола лицом к нам.
— Из сильнейших супов мира сформирована оперативная группа, — начал Луи. — Они уже собираются в Атлантиде и создадут там базу в ожидании освобождения богов. Нам потребовалось больше времени, чтобы вернуться, потому что мне пришлось сбегать в Волшебную страну и раздобыть кое-какие ингредиенты для приготовления заклинаний и зелий. Богов они не остановят, но могут дать нам преимущество.
— Джесса и Брекстон все еще в Волшебной стране, с королевой драконов. У нее есть план… кое-что, чему она научилась у древних. Она передала Джессе часть сообщения, но потом они потеряли связь.
Глава Джонс вздохнул и потер виски.
— Я остался, чтобы собрать группу, — устало сказал он. — Чтобы понять, какая от этого может быть польза.
— Каждая мелочь помогает, — сказал Луи. — Теперь нам остается только надеяться, что Джесса и Брекс вернутся вовремя. Это нарушение равновесия богов снова вызывает волнения в Волшебной стране, а мы только разобрались с последней проблемой равновесия.
Я полностью понимала его разочарование и тревогу. Джесса и все Компассы были его семьей. Кроме того, вскоре на свет появится новый член его семьи. Зная Луи так же хорошо, как и он меня, он бы запер всех, кто был ему дорог, если бы мог, но так получилось, что он заботился о множестве супов, которым не нравилась чрезмерная защита.
— Итак, что нам теперь делать? — настаивала я, мне нужен был план действий. Это ожидание, мягко говоря, раздражало.
Раздался стук в дверь, и когда она открылась сама по себе — магия, сучки, — на пороге появился Коннор.
— Извините за опоздание, — сказал он, входя. — Проспал.
Я уставилась на супа, которого искала несколько дней, но которого нигде не было видно.
Он выглядел совершенно дерьмово: волосы растрепаны, глаза опухли, и я удивилась, как, черт возьми, существо, рожденное богами, вообще может так выглядеть. Когда я просыпалась, было трудно сказать, спала ли я. Больше не было ни отечности на лице, ни запаха изо рта по утрам.
Боги редко выглядели неопрятно.
Коннор нашел способ.
— Ты все еще пьян? — спросила Илия, нахмурившись и скрестив руки на груди.
Коннор споткнулся и покачал головой.
— Нет. Я абсолютно, абсолютно, ни капельки не пьян. Меня тошнило, ясно?
Она фыркнула.
— Ты — бог. У тебя не бывает похмелья.
Он отшвырнул ее, едва не врезавшись в стену, когда попытался прислониться к ней.
— Откуда ты знаешь? Никто из нас ни хрена не знает о том, что значит быть богами, а если и знает, то никто не делится со мной. Что я знаю точно, так это то, что если смешать волшебное вино и демоническое варево и добавить немного эльфийской пыльцы, боги могут опьянеть. К твоему сведению, для будущих вечеринок.
Он подмигнул мне и, откинув голову назад, сполз по стене, храпя и пуская слюни одновременно. Я моргнула, уставившись на него.
— Я даже не видела его с тех пор, как начались занятия в школе. Он что, в буквальном смысле напивался почти месяц?
Ашер хмуро посмотрел на лежащего без сознания на полу идиота.
— Коннор никогда не умел справляться с разочарованиями и не умел меняться. Предполагаю, что последний год его жизни прошел совсем не так, как он ожидал.
Я фыркнула, злость ударила по мне с силой.
— Ты, блядь, издеваешься надо мной. — Коннор должен гордиться тем, как умело он выводил меня из себя. — Он не очень хорошо с этим справляется? Он? Бедный гребаный парень. Давайте все вместе проникнемся сочувствием к мудаку, который привел в движение большинство этих событий, потому что он был тупицей с промытыми мозгами, который не мог думать самостоятельно. Все мы имеем дело с этим дерьмом. Все мы. И некоторым из нас пришлось пережить гораздо больше, чем Коннору, бедному маленькому богу Атлантиды.