Я хотела жить отдельно от родителей, и у меня получилось. Сейчас вновь пришлось переехать. Но это лишь потому, что мама беспокоится за меня. Она уже успела за четыре месяца сказать мне, какая она меня считает (это, впрочем, не самые лестные отзывы), но она не прекращает обо мне заботиться. У моего малыша будет не очень плохая бабушка.
Мама очень довольна тем, что я встречаюсь с парнем… Нет… Это не то, что вы подумали. Мы не спим вместе. И целовались только в щёчку. Лаадно… Хорошо… Один раз в губы. Но это всё. Его зовут Говард. Говард Хьюстон. Он работает в нашей редакции уже пять лет. Ему двадцать восемь, он – брюнет (волосы действительно чёрные и кудрявые). Глаза голубые. Да, он симпатичный. Очень даже. Да, высокий. Да, голос приятный. Нет, не неряха. Кстати, от него всегда хорошо пахнет свежестью. Я думаю, это его лосьон после бритья.
Он начал проявлять внимание ко мне практически сразу, как я устроилась на работу. Сейчас мы хорошие друзья… наверное… Конечно, он надеется на большее. И я ни в чём не уверена, но мне с ним спокойно. Честно. Я ощущаю себя с Говардом… Господи! Ладно! У меня нет с ним страсти, я не хочу его, я даже ни разу не подумала, какого размера его мужское достоинство. Но он очень любезный, добрый, милый. Он наизусть помнит всё, что я люблю. Начиная с фильмов и книг, заканчивая едой. Говард любит готовить… А ещё он очень милый… Я это уже говорила, да?
В общем, я знаю, что он хочет большего. И я не откажу ему, если он сделает шаг вперёд. Что? Нет, конечно! Он не будет отцом для моего ребёнка! У малыша есть папа. И Эштон, приехавший лишь два дня назад из Сан-Франциско, не принёс мне от него никаких вестей. Алекс и Эш не общаются. Больше нет. Это убивает меня изнутри. Я скажу Алексу о ребёнке, только чуть позже. Ну, честно скажу! Наверное… Сейчас не могу. Уже девятый месяц. Мне нужно думать об удачных родах. И о том, кто у меня родится… Я всё ещё не решаюсь узнать пол. Мама говорит, это плохая примета. Папа над ней смеётся. Папа ни разу меня не осудил за то, что во мне бьются два сердца. Я безумно ему благодарна за это.
А если серьёзно, у меня в душе становится теплее, когда я думаю, что я ношу в себе. Я имею в виду, чьего ребёнка именно. Да, конечно! Пошёл к чёрту Алекс Хилл! Но от мысли, что внутри меня есть частичка его, я готова плакать…
Ну вот, опять.
***
Алекс
Сан-Франциско, Калифорния
– Пожалуйста, – хнычет Барбара, ногтями впиваясь мне в спину, пока я вхожу в неё всё глубже и глубже. – Пожалуйста! Ещё!
Она двигается бёдрами в такт мне, пытаясь сблизить нас ещё больше, хотя мне не кажется это возможным.
Я называю её Барби. Правда, она не блондинка. Её волосы цвета каштана – длинные и слега вьющиеся. Глаза голубые. Барби – одна из новеньких моделей для рекламы «Nissan». Я заметил её сразу. Она вышла из салона и помахала коллеге. Её ноги казались мне бесконечными. И поэтому сегодня Барби здесь.
–Алекс, – она будто задыхается.
Царапает мне спину, выгнув свою. Ноги сильнее обхватывают мои бёдра, когда девушка с протяжным стоном кончает. А вслед за ней я. Презерватив наполняется спермой. Пролежав на Барби несколько мгновений, я ловко переворачиваюсь на спину и выбрасываю его.
Она ложится на бок и подпирает голову рукой. Водит пальцами по моей груди, животу. Я хочу сказать ей, чтобы она прекратила, но погружаюсь в воспоминания, когда так касалась меня Адель.
– Как тебе? – голубые глаза Ади устремлены на меня, пока он водит указательным пальцем по моему торсу.
Я улыбаюсь
– Хорошо.
– Насколько хорошо?
Перекатываюсь на бок.
– Мне всегда с тобой хорошо.
Белая простыня больше не прикрывает её грудь. Я трогаю соски. Адель закрывает глаза от наслаждения.
Я шепчу:
– Я уже говорил, что люблю тебя?
Барбара улыбается так, как будто мне нравится то, что она делает. Я откидываю её руку, поднимаюсь. И прохожу обнажённый в ванную комнату. Бросаю ей через плечо:
– Тебе вызвать такси, или ты сама? На тумбочке у входа лежат деньги.
Всего через несколько минут дверь громко захлопывается, Барбара кричит:
– Козёл!
Я выхожу лениво в холл, вытирая лицо полотенцем. А деньги она всё-таки взяла…
Глава 34
Адель
Бойсе, штат Айдахо. Лето, 2007 год
Мой велосипед действительно уже старый. Я уговаривала маму купить мне новый, но она не хочет. Они с папой твердят мне в голос, что на это пока нет средств. Ладно, я эгоистка. Но вы только посмотрите, на каком велосипеде ездит Никки. Он розовый, красивый и он… новый. Мой же – просто старая груда металла. Никки бросает на меня брезгливые взгляды, пока я катаюсь по двору. Я хочу показать ей средний палец, но сдерживаюсь. Мать, наверное, наблюдает за мной из окна.