Со своими «звездными войнами» Штаты тогда промахнулись. СССР в кои-то веки поступил мудро — бог знает, почему. То ли вожди по скудоумию недооценили то, что задумали американцы, то ли Горбачев слишком быстро стал Генсеком и развернул весь советский корабль в кильватер западного мира. Но в эти гонки можно играть и вдвоем — я был уверен, что штатовская разведка рано или поздно узнает про новую информацию, которую откуда-то выкопали ученые Страны Советов, найдут подходы к секретоносителям, соберут из полученных крох некую теорию — и замутят что-то вроде «Манхэттена-2» вместе с лунной программой. Вбухают, как у них водится, немерено денег, выкупят огромное количество ученых по всему миру, изобретут несколько прорывных технологий… и, возможно, даже справятся с нуль-т или построят тот же ковчег поколений, как в романе их же писателя Хайнлайна. Ну а потом избавят эту планету от своего присутствия, позволив остальным народам жить так, как им хочется. В то, что США займутся альтруизмом, я не верил ни капли. Скорее всего, они и своих негров в космос не возьмут. Я не исключал, что обделенными окажутся вообще все, от евреев до каких-нибудь эскимосов.
Но удержать серьезное лицо перед Валентином мне удалось. И, кажется, он мне поверил.
— А чего ты раньше молчал? — после продолжительного молчания спросил Валентин.
— Никто не спрашивал, — я пожал плечами, раздумывая, хватит у меня сил на ещё один шампур. — К тому же эти предсказания грядущей гибели планеты мы там слышали регулярно, ни одно не сбылось. Можете у астрономов поинтересоваться — насколько точно можно определить траектории Земли и астероида, чтобы дать сто процентов на столкновение. Вероятность там не нулевая, конечно, — в истории о землю частенько всякие булыжники бились, от одного даже динозавры вымерли. Но и далеко не сто процентов. Газетчикам нравилось, для них страшилки публиковать — хлеб насущный, можно сказать… как же, ученые обнаружили очередной объект, который может погубить жизнь на Земле! Насколько я помню, пара процентов уже считалось высоким показателем — но девяносто восемь были-то за то, что никто никуда не врежется. Но тому астероиду давали двадцать, если я ничего не спутал. Тоже не слишком много, но больше обычного.
— И что, у вас там все кинулись строить эти… как ты их назвал? Ковчеги?
— Ну да, разбежались… хотя в Штатах что-то такое пытались изобразить. Но там сложно всё… секретность — как у нас на атомном проекте, если не хуже, зато дымовых завес великое множество. Они тогда сразу объявили, что спасутся не только лишь все, объявили что-то вроде национальной лотереи, выделили квоты своим геям, лесбиянкам, трансам… всех замучаешься перечислять. Неграм, конечно, куда без негров. Года три развлекались…
— А потом? — с любопытством спросил Валентин.
— А потом я сюда попал, — отрезал я. — Может, к лучшему. Смотреть на это шоу было тоскливо. У нас-то точно никто и ничего делать не собирался, хотя какой-то национальный проект вроде сочинили. Но подробностей не помню.
— Постой, я правильно понял, что ты предлагаешь угрохать государственные миллиарды, чтобы просто обмануть американцев?
— Почему сразу «угрохать»? — деланно обиделся я. — Создайте комитет специальный с полномочиями, сделайте двойное подчинение, но на бумаге. У вас тысячи НИИ и так ничего полезного не делают, пусть ничего не делают по этому направлению. Можно даже им ничего не говорить, оставить информацию на уровне этого нового комитета, чтобы если к ним туда шпион придет, они бы его сами заболтали своими теориями. Если вам не нравится метеорит, то можно про демоническое вторжение завернуть, оно в середине девяностых ожидается, или конец света по календарю майя — оно в 2012-м, — но, боюсь, в это даже вы не поверите.