─ Завмагом в Бирюче предлагают. Конфетами буду вас угощать, ─ засмеялся Тимофей. ─ И приезжать в Тишанку за товаром стану чаще.
─ Так это здорово! ─ обрадовалась Анюта. Дуняша тоже закивала головой. Она еще вчера ему посочувствовала, что должность председателя Совета больно колготная и как только он управляется.
─ Всё, всё, дорогие мои! Гость весь день мотался по Таловой, приехал голодный, а мы тут тары-бары развели! Немедля за стол! Или кто против? ─ спросила с ехидцей.
─ Не против, не против, ─ улыбнулся Тимофей. ─ Только мне надо лошадь во двор завести да сенца ей подбросить. Пускай и она поужинает.
─ Заводи-заводи, сено в сарае. Показать или сам найдешь?
─ Найду, помню, куда складывал. ─ Тимофей вышел из избы. В прошлом году они с братом и сестрой хотели вскладчину купить Анюте корову, но не получилось. Деньги пошли на лес для его дома, но воз сена Тимофей Анюте все-таки заблаговременно привез. Поставив лошадь и дав ей сена, Тимофей вымыл руки, а воду из кружки ему сливала Дуняша. Делала она это аккуратно, и Тимофею было ужасно приятно.
За столом верховодила Анюта. Она расхваливала то Дуняшу, то Тимофея. Дуняшу за то, что она непревзойденная кухарка и может любые яства сготовить. Подкладывая Тимофею в тарелку голубцы и пирожки с разной начинкой, сообщала, что это Дуняшина работа и она сама у нее учится, когда задумает детям чего-нибудь вкусненького приготовить. Подхваливала и Тимофея, хотя и знала, что это ему не очень нравится.
Помянули Петра, погибшего от рук белогвардейцев, и как-то погрустнели. Семье, детям, родным его так не хватает. Потом снова разговоры "за жизнь". Было интересно и по-домашнему уютно. Тимофей внимательно слушал Дуняшу. Ему нравились ее спокойствие и рассудительность. Сравнивал с Александрой, и сравнение было явно не в пользу последней. Его бывшая и к печи редко подходила, и вообще ничего не хотела делать, даже за Ванюшкой тетка ухаживала. Дуняша же добра и красива. А коса ─ просто загляденье!
Не обошлось и без песен. Но вначале посоветовались: а с какой начинать-то? Дуняша сказала, что день сегодня субботний, вот и начнем с песни про субботу. Легко и чисто затянула:
Во субботу день ненастный,
Ой да нельзя в поле, в поле работать...
Как только пропела первую фразу, дружно присоединились Тимофей с Анютой, и песня заговорила, заволновала.
Не работать, ой да не работать,
Не работать, в поле не пахать...
Анюта и Дуняша оказались такими славными певуньями, с которыми Тимофею ладить одно удовольствие. Пели негромко, душевно и в основном старинные песни, ведь в них столько жизненной мудрости.
Исполнили "При бурной ночке", "При лужку да при луне", "Скакал казак через долину", "Посеяла ", "Распрягайте, хлопцы, кони" и много других.
Впечатлений о Дуняше у Тимофея столько, что порой ему казалось, что все это происходит во сне. Он был рад, что еще какое-то время поживет у Анюты, что будет встречаться с Дуняшей, слушать ее голос:
Все так и вышло. За время пребывания у Анюты Тимофей познакомился с родителями Дуняши. Они оказались простыми, работящими людьми. Кроме Дуняши в семье были еще дочь Мария и сын Михаил. Они старше ее и уже имели свои семьи. Анюта по секрету рассказала Тимофею, что Дуняшу тоже прошлой осенью сватал один местный парень, но она ему отказала, надеясь, что судьба все-таки сведет ее с Тимофеем. И услышала ведь "судьба" мольбы Дуняши...
Не успел Тимофей оглянуться, как наступила пора прощаться. Было рано, на восточном небосклоне еще дремала заря. Проводить его пришла и Дуняша. На глазах слезы.
─ Ты чего грустишь-то? ─ спросил Тимофей, обнимая девушку.
─ Боюсь потерять тебя, ─ откровенно призналась Дуня.
─ Теперь уже не потеряешь, ─ твердо заверил Тимофей. ─ И запомни, осенью будем всем миром мазать нашу избу, а на Покров сыграем свадьбу и вдвоем войдем в наше семейное гнездышко.
Встречи Тимофея с Дуняшей, конечно, продолжались. Эти дни были для него самыми радостными и счастливыми. И вообще ─ он будто заново на свет народился.
Из Тишанки Тимофей заехал в поселковый Совет, послонялся там туда-сюда, но на работе еще никого не было и он решил сходить к Марии, чтобы у нее перекусить, а заодно узнать последние бирюченские новости.
А к Марии как раз заглянул брат Яков, и они обсуждали, почему так долго нет Тимофея: уж не случилось ли что? А тут и он появился с улыбкой на лице. Обрадовались. Сестра тотчас заметила:
─ Да ты, брат, прям как солнышко светишься! Рассказывай, а то мы за тебя все испереживались.
─ Ты бы, сестрица, вначале хотя бы борщецом угостила, а уж потом требовала отчета о командировке. ─ В общем-то, Тимофею и самому не терпелось рассказать о встрече с Дуняшей, но с чего начать? Тем временем быстрая на руку Мария обернулась к печи и поставила на стол чашку наваристого борща:
─ Ешь, братец, ешь, свеженький!
Тимофей аппетитно хлебал, расхваливал Марию и говорил, что вот ─ Дуняша из Тишанки тоже так готовит, что пальчики оближешь.
Мария с Яковом переглянулись, но спросить ни о чем не успели, потому брат сам стал рассказывать о знакомстве с необыкновенной девушкой Дуняшей. Говорил не спеша, как бы вновь переживая радостный момент их встречи.
─ Между прочим, ─ сказал, ─ могли бы познакомиться еще когда избу у Петра глиной мазали. Но тогда ─ вот дурак-то! ─ не обратил внимания на такую чудесную девушку! ─ И продолжил расхваливать Дуняшу: какая она необыкновенная и распрекрасная!
─ Да ты тогда кроме своей Александры никого не замечал, даже меня с Яковом, ─ подколола брата Мария.
─ Ругай, Маша, ругай дурака! Теперь-то и сам понимаю, как ошибся. Слава богу, что вновь встретился с Дуняшей. ─ Отодвинув чашку, мечтательно произнес: ─ Человек она не просто хороший, а моя мечта! Спасибо Анюте, что познакомила. Когда она мне позавчера открыла секрет, что нравлюсь Дуняше, ей-богу, не поверил. Потом убедился ─ правда.