— Ваше Императорское Величество! — Диниир словно и забыл про лезвие, вжимающееся в его грудь, мигом припал на колено, скловнив голову так же низко, как вынужден был это сделать Феликс (только вот прибывшему не понадобилось для этого использовать какую-либо магию). — Ваш смиренный слуга исполнил приказ! Избранная Авей-Лоном, грязный предатель и Тёмное писание принадлежат Вам.
Маг, не поднимая головы, протянул руки, в которых покоился телефон, в сторону своего господина.
Вероника с нескрываемым интересом оглядела мужчину на лестнице. Чёрный бархатный плащ со стоячим воротником подчёркивал высокую статную фигуру Императора. В каком-то оцепенении попаданка сделала пару шагов к лестнице, чтобы получше рассмотреть его лицо. Высокие скулы, мягкий угол челюсти придавали облику непостижимую красоту. Под слабым лунным светом кожа Императора казалась светлее мрамора, на контрасте на ней выделялись чёрные приподнятые брови и густые отведённые назад волосы, темнее воронова крыла.
Она тут же наткнулась на холодный немигающий взгляд льдисто-синих глаз, от которых кровь стыла.
— Прекрасно, — на светлых губах возникла завораживающая улыбка.
Император плавно двинулся к гостям, покидая лучик лунного света, и его фигура будто вновь окуталась мантией тьмы. Настолько плотной, что Ника на секунду потеряла мужчину из виду и заметила лишь когда пропал телефон из рук Диниира. А в следующую секунду синеглазый Владыка был уже напротив девушки.
— Нет! Не трогайте её!
Между ней и черноволосым оставалось всего несколько шагов, когда на его пути, почти к самым ногам Императора бросился истерзанный Феликс, источающий голубоватое свечение магии, что сдерживали путы Сурганта.
— Ваше Императорское Величество, я молю Вас!.. — в его голосе читалась настойчивость и отчаянная попытка защитить. — Дайте нам ещё немного времени.
— Нам? — Император плавно опустил взгляд.
— Я и Первый Рыцарь Дарк'ана освободим Империю и весь мир, — пересиливая магию Диниира, Феликс поднялся. Но когда Ника сделала к нему несколько шагов, остановил её жестом, не поворачивая головы. — Всё, что прикажете, Император Дейллиан…
— Я уже пробовал тебе доверять, — Император выдержал паузу. — Первый Меч Дарк'ана. Решил, что можешь усидеть на двух стульях?
Чёрные тени потянулись из затаённых уголков зала, медленно приближаясь к беловолосому рыцарю, а вместе с ними на периферии сознания возник таинственный полушёпот, чем-то напоминающий голос духа Авей-Лона.
— Больше всего я ненавижу предателей, нагло пользующихся моей добротой, — взгляд Дейллиана потяжелел. — Что ж, сначала я разберусь с тобой, а уже потом с Избранной.
Мужчине не понадобилось даже бровью шелохнуть, чтобы Феликс вновь упал на колени, глухо застонав. Это лишь подстегнуло Веронику ринуться вперёд. Но достаточно было Дейллиану поднять свой взгляд, как в глазах у Ники потемнело, всё вокруг заглохло, будто уходя под воду, а сердце наоборот — гулко забилось в груди. Вероника в ужасе опустила взгляд на Феликса. Уйти вот так вот, когда она наконец добралась до него? Девушка отчаянно протянула руку к своему рыцарю, чувствуя, как теряет опору в ногах.
Уже у самого пола, когда казалось, что столкновение с ним неизбежно, падение остановилось. Веронику мягко подхватили тонкие, при этом таящие в себе неведомые силы, женские руки.
Нежность окутала попаданку, успокаивая сердцебиение, даруя неожиданную, но такую знакомую лёгкость и спокойствие.
— Тише, Вивьенна, мой славный рыцарь, — голос, звенящий, будто серебрянные бубенчики на летнем ветерке, вывел девушку из мрака. — Ничего не страшись, памятуя, кто твой истинный враг.
Ника поднялась, опираясь на руку светловолосой девочки. Артурия, озарённая лунным светом, материализовалась внезапно, из блёсых лучиков Луны.
— Моя королева, — необычайно сладко протянул тёмный Властитель, перенимая внимание появившейся гостьи. — Как же я рад, что Вы почтили меня своим сиятельным присутствием.
Улыбка на губах Дейллиана была встречена хмурым взглядом. Артурия без страха двинулась на мужчину.
— Вы переходите границы дозволенного, Император! — серебряная лёгкость в её голосе пропала, в миг заменяясь стальной суровостью, но, кажется, такое поведение тёмного господина лишь позабавило. — Немедленно отпустите моих людей!
В ладонях Артурии блеснул свет, когда она опасно приблизилась к Императорскому Величеству. Однако Дейллиан не двигался и словно бы не собирался защищаться, даже когда сияние полыхнуло у его лица, озаряя светлую кожу.
— Мой Император! — воскликнул Сургант, до этого не двигавшийся. Маг быстро зашевелил губами, вырисовывая пальцами колдовские руны.
— Назад, — тихо, но грозно процедил сквозь зубы Дейллиан, и фиолетовые щупальца магии тут же были поглощены тьмой. — Не смей вмешиваться.
Двое правителей стояли друг напротив друга. Непохожие, как день и ночь. Но какая-то незримая нить связывала их настолько крепко, что Нике показалось, будто они не просто знакомы, а знают друг друга и достаточно хорошо.
Королева едва ли доставала светловолосой макушкой до точёного подбородка Императора, а тот не сводил с неё пристального взгляда, возвышаясь. Молчание между этими двумя длилось несколько тягучих секунд. Пока Артурия вдруг не заговорила:
— Я требую, чтобы Вы отпустили моих людей, — вкрадчиво повторила девчонка. — Не заставляйте меня повторять это трижды.
— Ваших? Вы уверены? — в голосе Императора продолжала скользить усмешка, но в синеве глаз заиграли искорки иной магии. — Один из них — мой лучший шпион, а другая даже не из нашего мира. Последней я бы доверял меньше всего…
— А я верю! — настырно противилась маленькая королева, делая последний решающий шаг к синеглазому Властителю. — Им обоим!
— Вы как всегда слишком добры, — атмосфера между владыками стала ещё жарче, когда Дейллиан чуть наклонился к светловолосой и перешёл на искусительный полушёпот. — Позвольте мне разрешить это многолетнее недоразумение. Я заставлю Избранную избавиться от Тёмного писания здесь и сейчас.
Его обаятельный голос вызвал у Вероники ледяную дрожь во всём теле. А взгляда, которым искоса пронзил её Император, было достаточно, чтобы девушка ощутила всю властность тёмного правителя.
— Нет. Вы не можете так поступить! — снова воспротивилась Артурия.
— А сколько ещё мне терпеть это существо, порочащее имя Тьмы? — холодно резанул в ответ Дейллиан, при этом ни один мускул его прекрасного лица не дрогнул, выдавая раздражение.
— Писание будет уничтожено, — королева Дарк'ана не отрываясь смотрела во всепоглащающую синеву, осторожно, едва-едва касаясь кончиками пальцев плотной бархатной ткани его плаща. — Но не в Империи, а в Авей-Лоне — первородном источнике магии.
Тёмный правитель усмехнулся. Его лицо стало к Артурии так близко, что, казалось, их губы вот-вот сомкнуться.
— А что мне за это будет? — долетел до Вероники коварный едва слышимый шёпот, и в помещении стало ещё темнее.
Густая чёрная пелена надёжно закутала Артурию в мягкий тёплый плащ. Но тёплым он был только с одной стороны. Ника сглотнула вязкий ком страха, вставший поперёк горла. Сейчас ей совершенно не хотелось вмешиваться в политические распри двух противоборствующих стран другого мира.
— Вы знаете, чего я хочу, моя королева, — настойво, но аккуратно продолжил Дейллиан, — Вам достаточно лишь одного слова… "да"…
Королева притихла. И Вероника могла лишь догадываться, о чём думает эта, казалось бы, слишком юная правительница, на чьи плечи возложена была ответственность за целый мир. Тишина длилась всего с десяток секунд, но растянулись они на целую безмолвную вечность, в которой было слышно только, как клубится у ног мрак. Наконец тихий, но решительный голос Артурии провозгласил:
— Я согласна, Император, — она на мгновение запнулась, словно боясь признаться даже самой себе, однако продолжила: — Я согласна стать Вашей женой.