– А как на твои выходки реагировали члены Совета?
– Единственный, кто проявил симпатию и одобрение, – это Орен Фел. Макс Акт относился нейтрально, а остальные – с большей или меньшей неприязнью. Но это и понятно, если учесть, что я им говорила. Видел бы ты их лица. Император трясся из-за меня, а на выходе не выдержал и стал целовать руки. Вот Пётр рук почему-то не целует, а особа императорских кровей...
– Какая же ты девчонка! И как тебе везёт выпутываться из всяческих передряг, в которые ты сама себя регулярно втягиваешь!
– Нет чтобы похвалить, а он ругает. Думаешь, мне не было страшно? А ещё дед!
* * *
Где-то в Сибири
Снег хрустел под ногами, а мороз заставлял время от времени растирать лица. Цепочка пожилых мужчин с рюкзаками за спиной и чемоданами в руках, возглавляемая двумя идущими налегке молодыми людьми, двигалась по небольшой просёлочной дороге, проложенной от железнодорожной станции через густой хвойный лес. Дорога была по колено засыпана снегом, и парни шли, не поднимая ног, оставляя за собой расчищенную от снега тропу и облегчая движение своим тяжело нагруженным спутникам.
– Веселей, ребята, уже немного осталось, – подбодрил один из проводников «ребят», самому младшему из которых было под пятьдесят.
Тяжело дышавшие мужчины промолчали, но зашагали быстрее: всем хотелось оказаться в тепле и избавиться от груза. Минут через десять свернули с дороги на едва заметную тропу и вскоре подошли к большому бревенчатому дому, огороженному высоким забором. За ним, почуяв людей, зашлась лаем собака. Один из молодых открыл калитку и пошёл к дому, сказав на ходу второму:
– Алон, уйми собаку.
Парню с именем Алон достаточно было посмотреть на пса, чтобы тот с визгом забился в конуру и затих.
– В дом заходить не будем, – предупредил он остальных мужчин. – Сейчас будем на месте, там и отогреетесь.
Из дома уже вышел его спутник в сопровождении хозяина заимки и, поманив всех за собой, направился к большому сараю. Хозяин открыл тяжёлый амбарный замок и, немного повозившись, зажёг керосиновую лампу.
– Заходите быстрее и ставьте вещи в центр этой фигуры. И отряхивайте ноги от снега!
Они быстро освободились от вещей, а один из парней поправил чемоданы, чтобы не выходили за границы странного многоугольника, и сел на них сверху. Мгновенье – и он исчез вместе с вещами, а по сараю пронёсся порыв тёплого ветра.
– Немного подождём, чтобы убрали вещи, и пойдёт первая партия в восемь человек, – сказал оставшийся парень. – Как только окажетесь на той стороне, быстро отходите в сторону. Так, пошли!
Ставшие плотной группой люди исчезли, и их место заняла следующая группа. Последними уходили сам парень и четверо его спутников.
– Бывай, Михаил! – обнял он хозяина.
– Счастливо, Серёга!
Оставшись один, хозяин потушил лампу, вышел из сарая и запер замок. Проходя мимо собачьей будки, вытащил повизгивающего пса, отстегнул цепь и погладил лобастую голову.
* * *
Очутившиеся в портальном зале люди спешно сбрасывали с себя тёплую верхнюю одежду.
– Внимание! – сказал тот, кого хозяин заимки назвал Серёгой. – Разбираете свои вещи и идёте за дежурным. И снимайте свитера, а то запаритесь. Одежду можно пока не брать, сложите на лавку, и пусть сохнет. Сейчас отведут в ваши комнаты, затем сводят в кафе подкрепиться, а уже после этого её заберёте. Вы устали и сегодня отдохнёте, а с домом познакомитесь завтра.
Все сложили тёплую одежду на указанную лавку и, опять нагрузившись вещами, двинулись гуськом за дежурным бойцом к выходу из зала.
– Ну что, Алон, пора и нам? – сказал Сергей своему напарнику. – Ольге от меня большой привет и поцелуй в щёчку.
– Я и от себя поцеловал бы, так наверняка нет дома. Не женись на геологе, всегда будешь наполовину холостой.