– Мне так же показали, – сказал Фотий. – Словно открывается окно в мир и там показывают разные вещи и голос даёт объяснения.
– Странная магия. Хорошо, я подожду.
– А теперь у меня к вам вопрос, Ани. Не скажите мне по секрету свой возраст?
– В этом нет секрета. Мне около трёхсот лет.
– Мне бы так выглядеть в триста, – с завистью сказала Лена. – Фотий долго расписывал красоту ваших девушек и говорил, что вы добиваетесь этого магией. А сохраняются наследственные признаки у детей?
– Конечно, – ответила Ани. – Какой смысл в красоте, если её нельзя передать детям?
Больше они не разговаривали, занятые каждая своими мыслями.
– Думаю, что все уже отдохнули, – сказал Фотий, поднимаясь. – Жара немного спала, пора в путь.
* * *
Пётр и бойцы сопровождения старались двигаться как можно быстрее и нигде не задерживались. Перекусили на ходу сухим пайком. Но к вечеру лошади устали и могли идти только шагом. К тому же начало быстро темнеть.
– Остановимся на первом же постоялом дворе, – сказал Пётр. – Думаю, что мы отыграли не меньше пяти часов.
Утром, после сытного завтрака, продолжили скачку и часа через три увидели далеко впереди всадников.
– Посмотрите, командир, – обратился к Петру один из бойцов. – Кажется, наши.
Пётр взял у него бинокль и, придержав коня, стал осматривать дорогу. Сразу узнал своих ребят по цвету мундиров. Магов видно не было, потому что лошади бойцов охранения и они сами закрывали ехавших впереди.
– Да, это наши, – подтвердил он, возвращая бинокль. – Едем быстрее.
Догнать жену удалось только к обеду, когда маги и бойцы отдали лошадей слугам, а сами расположились в трактире и ждали выполнения заказа.
Оставив повод коня одному из своих ребят, Пётр быстрым шагом вошёл в трактирный зал и обнял жену.
– Петя! – придушенно вскрикнула Лена. – Как ты здесь очутился?
– А ты не рада? Фотий, ребята, здравствуйте! – поздоровался он со своими и повернулся к изумительно красивой женщине с яркой аурой. – Госпожа, позвольте представиться! Пётр Корнев, муж этого непоседливого чуда!
– Конечно, рада! Только стоило ли срываться с работы и гнать лошадей? Мы прекрасно справились бы и сами, и уже через два дня я была бы дома.
Пётр взял жену двумя пальцами за подбородок и, приподняв ей голову, сказал:
– Я больше никогда не отпущу тебя одну!
– Ага, тебе можно, а мне уже нельзя! Ты у меня тоже никуда не пойдёшь один!
– А школа? – возразил Пётр.
– Перебьются! – отрезала Лена.
К вечеру остановились переночевать на постоялом дворе, в десяти лигах от дома Град. Мужчины вымылись во дворе, в больших деревянных бочках с горячей от солнца водой, а женщинам работники хозяина отнесли такие же бочки в номера.
– Сервис на уровне, – пошутил Пётр, когда встретились за ужином.
Когда поели, Пётр с Леной удалились в выделенную им комнату, где и состоялся допрос излишне самостоятельной, по мнению мужа, жены.
– Как собираешься действовать? – спросил Пётр. – Хотелось бы знать об этом заранее.
– Иду туда одна и всех убиваю. Перед этим надо освободить девушек. Я не собираюсь щадить насильников. Слуг трогать не буду, потом сниму печати и пусть проваливают. С учениками сложнее. Ученик у магов бесправен и не может отвечать за действия учителя. Если не будут сопротивляться и не замешаны в насилии, тоже отпущу.
– И маги не будут сопротивляться, когда их убивают?
– Поверь, Петя, что для архимага интерфекторов там нет противников. И безразлично, все они будут со мной разбираться или по отдельности. Не хотелось вспоминать кое-что из моей бурной молодости, да придётся.
– Ты действительно так в себе уверена, или это говорится, чтобы меня успокоить?
– Конечно, уверена. Вам нужно будет принять девчонок, когда их выведут, и следить, чтобы не ушёл ни один из магов. Окружите дом на большом расстоянии и расстреляете прорвавшихся. Валите их насмерть. Сильных магов там почти нет, но не помешает отделить головы. Если трудно заниматься такой работой, подождите меня, сделаю сама.
– Как-нибудь управимся, – буркнул Пётр. – Может, мне всё-таки пойти с тобой?
– Это неразумно. Вместо того чтобы делать дело, я буду постоянно отвлекаться на тебя. Да не беспокойся ты так! Большинство из них меня вообще не увидит. Всё будет хорошо.
Дом Град показался, когда свернули с тракта на скверную просёлочную дорогу и проехали по ней ещё часа два. Он стоял на небольшом холме и, как все дома, был окружён высокой каменной стеной.