Со време-н Средневековья целыми кораблями к берегам Восточного Средиземноморья везли звонкую монету средневековые европейские государства. И уже оттуда она по торговым путям развозилась купцами по всей Азии. Венецианский дож Томазо Мочениго (его правление относится к 1414-1423 гг.) в своем завещании отмечал, что Венеция ежегодно чеканит 1, 2 млн золотых и 800 тыс. серебряных дукатов, из которых примерно 300 тыс. дукатов отправляется в Сирию (т. е., по-видимому, на Русь, которую некоторые называли тогда Сирией, при обратном прочтении) и Египет (под властью Оттоманов = Атамании).
Иногда цифры бывали выше. Например, в 1433 г. в Александрию и Бейрут было доставлено 460 тысяч дукатов. По всей видимости, это в основном были золотые монеты. Везли деньги в обмен на восточные товары и французы, и англичане, и все остальные европейские нации.
Деньги везли, "сдавали", западноевропейские нации. А получали – Турция и Русь.
Не прекратился отток золота и серебра из Западной Европы на Восток и после Великих географических открытий.
A.M. Петров справедливо отмечает: "То, что Запад платил Востоку драгоценными металлами, свидетельствовало не о его богатстве, а о бедности". Запад всеми силами старался остановить отток своего золота и серебра на Восток. Конечно, золото приходилось отдавать кораблями. Но чтобы эти корабли загрузить, приходилось дрожать над каждой копейкой.
Были запреты и ограничения на вывоз звонкой монеты и слитков, табу на ношение шелковой одежды и т. д. Но это мало помогало. Нужны были товары, чтобы устранить пассивность торговли. Однако Европа не могла почти ничего предложить – ее ремесленные изделия были грубы, плохого качества и не пользовались спросом у восточного потребителя. Всем необходимым Восток сам себя обеспечивал.
Возможно, что, в частности, из-за такого одностороннего торгового обмена средневековый Запад и оказался на долгое время в очень тяжелом экономическом положении.
Западная Европа в раннее Средневековье, опираясь только на свои, нищенские ресурсы, вынуждена была резко свернуть связи с Азией. В. Зомбарт, говоря о неразвитости западноевропейского общества того времени, подчеркивает следующее крас-норечивейшее обстоятельство: "В обширной империи франкского короля не было, в сущности, ни одного города, не существовало никакой городской жизни". Еще один авторитет по истории западноевропейского Средневековья И.М. Кулишер дает такую характеристику: потребности европейца ограничивались "простой и грубой пищей, довольно примитивным жилищем и немногими предметами одежды и утвари, напоминающими по своей простоте обстановку… диких народов. И немногим лучше жили вотчинники вплоть до герцогов и королей".
A.M. Петров пишет: "Впоследствии Западу придется приложить гигантские усилия, чтобы за счет научной и промышленной революций, огромной и взаимосвязанной системы изобретений, внедрения принципиально новых производств ликвидировать это превосходство, а пока средневековое западноевропейское общество с трудом изыскивало что-либо из продуктов, которые могли хоть как-то заинтересовать Восток. Это было в основном сырье: немного меди, немного олова, немного других металлов; небольшая часть азиатских товаров выменивалась у ближневосточных правителей на корабельный лес…
Открытие Америки и приток оттуда золота и серебра облегчили европейцам проблему покрытия импорта с Востока".
МОГУЧАЯ ИМПЕРИЯ И ВШИВАЯ ЕВРОПА
Одним из основных товаров, который Запад покупал у Востока, начиная с раннего Средневековья, был шелк. И платили за него большие деньги.
О товарах, шедших по Великому шелковому пути, можно говорить бесконечно, а перечислить их, пожалуй, вообще невозможно. Здесь торговали фарфором, мехами, рабами (особенно женщинами), металлическими изделиями, пряностями, благовониями, лекарствами, слоновой костью, породистыми лошадьми, драгоценными камнями. Но был еще товар товаров. Именно он дал имя этому пути. Это шелк.
Почему такой постоянный ажиотаж вокруг шелка на протяжении всего Средневековья, почему такая дороговизна?
Конечно, это легкая, прочная, красивая и удобная ткань. Но есть у-этой ткани еще одна, гораздо более важная особенность – она обладает дезинсекционными свойствами. У нити тутового шелкопряда уникальная способность отпугивать вшей, блох и прочих членистоногих, не давая им гнездиться в складках одежды.
А это при повсеместной, порой чудовищной антисанитарии в прошлые века было буквально спасением для обладателя шелкового платья. Это отнюдь не преувеличение. Вот цитаты из работ двух крупнейших исследователей экономической истории средневековой Европы – Иосифа Михайловича Кулишера и Фернана Броделя. Первый пишет: "Грязны были и люди, и дома, и улицы. В комнатах гнездились всевозможные насекомые, которые в особенности находили себе удобное место на трудноочищаемых балдахинах, устраиваемых над кроватями именно в защиту от находящихся на потолке насекомых. Но они находились и в платье, и на теле". Фернан Бродель добавляет: "Блохи, вши и клопы кишели как в Лондоне, так и в Париже, как в жилищах богатых, так и в домах бедняков". Поэтому шелк составлял предмет жизненной необходимости. При своей дороговизне он был доступен лишь богатым.