С. Самоделова в газете "МК" отмечала, что Леонардо да Винчи в портрете Чечилии Голлерани изобразил красавицу с горностаем в руках. На самом деле красавица Голлерани держит не горностая, а белого хорька-альбиноса. Но дело не в этом. Главное, дамы держали зверьков как средство от блох. "Трудно поверить, – пишет Самоделова, – но в прежние времена зловредные насекомые досаждали и дамам при дворе французского короля. От блох были изобретены и быстро вошли в обиход специальные блохоловки – тонкие полые трубочки, в которые вставлялся стерженек с приманкой. Искусно сделанная блохоловка из серебра или слоновой кости стала принадлежностью туалета, как веер или табакерка. Нередко на нежных шеях красоток висел в золотой оправе маленький стеклянный сосуд, наполненный медом или кровью, куда, как в западню, и попадали дамские обидчики. Захватывали дамы с собой и длинные спицы, которыми они изящно почесывали головы. Блохи стали весьма популярны. Их стали даже дрессировать".
А как же обстояли дела на Востоке? Путешественники прошлого постоянно обращали внимание на, казалось бы, вопиющие контрасты в жизни кочевников: ужасающую антисанитарию и грязь и одновременно ношение даже самыми бедными из них шелковых одежд.
Кто такие средневековые кочевники, изображаемые западными европейцами, мы уже хорошо знаем. Это русское войскоорда, находящееся в походе, т. е. кочующее. Конечно, в походных условиях казаков-ордынцев мучили вши. Особенно в то время, когда еще не было мыла. Да, впрочем, и в наше время (вспомним крупные войны XX в.), когда мыло уже было, в окопах все равно было много вшей.
Но это – в военном походе. А дома? Хорошо известно, что даже без шелковых одежд у русских в домашних условиях практически не было вшей. Потому что на Руси мылись в банях, которых на Западе не было. В банях легко было отмыться и без мыла. А вот в военных походах орды у каждого, даже у самого бедного, оказывалась шелковая рубашка.
Известно, что в Западной Европе вши стали исчезать только после изобретения мыла. Возможно, многие привыкли к внушенной нам мысли, будто утопающий в роскоши "античный" и средневековый Запад вовсю покупал дорогие восточные пряности, чтобы ублажить утонченный вкус западноевропейских аристократов. Действительно, кроме шелка с Востока в Западную Европу везли также пряности. Однако их использовали не столько как пищевые добавки, но, что куда важнее, как лекарства. Корица, перец, кардамон, имбирь, нард, тропическое алоэ присутствуют в сочинениях выдающегося "античного" ученого Гиппократа и другого крупнейшего авторитета "античной" медицины – Галена.
Когда в начале XVII в. в Англии шел яростный спор между сторонниками и противниками торговли с Азией (а она забирала огромные количества драгоценных металлов за свои товары, и в частности за пряности), чаша весов во многом склонилась в пользу продолжения этих связей после аргументации великого английского экономиста Томаса Мена. "Пряности, писал он, вещь необходимая для сохранения здоровья или лечения болезни".
Таким образом, Запад покупал пряности, скорее всего, в силу суровой необходимости, а не от роскоши. И за лекарства приходилось опять-таки платить серебром и золотом.
Что же происходило далее с описанным выше потоком западноевропейского золота, серебра и, в частности, серебряных ефимков-талеров в Россию? Оказывается, неисчислимое множество ефимков-талеров переливалось из европейского обращения в Россию, чтобы превращаться там в проволоку для выделки русских копеек, т. е. западноевропейская валюта шла в Россию в качестве сырья. И.Г. Спасский писал: "В самой России роль талера стала совершенно иной – только товарно-сырьевой… Правительство увидело в талере наилучший вид монетного металла".
А до талеров из Европы сырьевое серебро сдавали на Русь в виде слитков. При этом в русском быту западноевропейский талер-ефимок был совершенно неизвестен. В России же популярный за ее южной и западной границей талер оставался для широких масс населения неведомым, настолько быстро уходили партии талеров на монетный двор, а русские люди пользовались у себя дома своими русскими копейками, которые чеканил монетный двор из западного серебра.