— Мо-мо-сква, — заикаясь, пролепетал тот, перекрестился, закатил глаза и хлопнулся в сугроб. Бедолага лишился сознания.
— Отлично, — радостно проговорил я и вышел из портала.
Глава 14
Я с сомнением посмотрел на валяющегося в снегу попа, но потом всё-таки снял с него пуховик, зимние сапоги и шапку. А самого попа я с трудом затащил в безлюдную церковь и поспешил смыться оттуда. Авось, он очнётся и подумает, что его боженька наказал за нерадивую уборку снега. Ну и в церкви поп точно не замёрзнет. Конечно, его вещи были мне сильно велики, но зато я не околею.
И вполне довольный собой я преодолел около километра по аллее и выбрался на широкую улицу, по которой летали машины. Вдалеке виднелся стадион Лужники, а совсем рядом — выкрашенный зелёной краской ларёк с надписью «Шаурма». Бог ты мой, сколько же я не ел этот деликатес? Желудок мигом квакнул, сообщив, что долго, братан, долго.
Я не стал спорить со своим желанием и купил одну шаурму у ловкого гнома. Потом зашёл за ларёк. Там обнаружились высокие столики на блестящих ножках. Но прежде чем я стал вкушать вкуснятину в лаваше, позвонил Бульдогу.
— Да, — вылетел из телефона его холодный голос.
— Привет, — весело поздоровался я, алчно косясь на шаурму. — Мне удалось сбежать от воспитателей. И теперь я недалеко от Лужников. Приедешь за мной?
— Неожиданно, — буркнул охотник с нотками удивления в простуженном басе. — Диктуй адрес.
Я приложил ко лбу ладонь козырьком и посмотрел на табличку, висящую на фасаде ближайшего здания, и сообщил Валерону номер дома и название улицы. Тот сказал, что скоро приедет. И я наконец-то смог жадно вцепиться зубами в шаурму. Обжигающий сок мигом брызнул в мой рот, даря море эмоций.
И тут вдруг я услышал тихий надтреснутый голос с гортанным акцентом:
— Здравствуй…
Я выпучил глаза, ошарашенно уставился на шаурму и горячо выпалил:
— Да ну нет! Не может быть такого. Ладно котёнок, но чтобы говорящая…
— Здравствуй, — снова раздался тот же самый голос, который мог бы принадлежать обессилевшему старику.
Теперь я понял, что он доносился из-под куртки попа. Я торопливо распахнул её и понял, что голос принадлежит живому клинку. Моя рука торопливо достала его из-за пояса, вынула из ножен и я радостно спросил:
— Ты наконец-то очнулся?
— Да, — прошелестел клинок, словно с того света. — Моё имя — Лазарь. Я долго спал и практически лишился сил…
— Ага. Ты не фигово так вздремнул, — поддакнул я, украдкой оглядевшись. Никто не наблюдает за мной? Но вроде бы около ларька я был один. А то ещё в дурку позвонят или милицию вызовут.
— Нет в том моей вины, — прошептал Лазарь.
— Понимаю, понимаю, — пробормотал я, куснул шаурму и продолжил с полным ртом: — А што… ты умеефь?
— Мне подвластен Круг защиты и Змея разрушения, — гордо ответил клинок.
— И всё? — удивился я и разочарованно промычал под нос: — Как-то совсем негусто. Кажись в древности технологии изготовления живых клинков — были так себе. Тетсуя, светлая ему память, и то умел больше, хотя он и был зелёным юнцом по сравнению с Лазарем.
— Всё, — меж тем ответило оружие, не отреагировав на мой шёпот или не расслышав его.
— Ладно. Не печалься. Мы тебя так прокачаем, что ты и третье умение откроешь, — обнадёжил я клинок и засунул его в ножны. А те опять отправил за пояс и взялся за шаурму. И мне удалось уничтожить её до приезда Валерона.
Знакомая «буханка» остановилась возле ларька, а за лобовым стеклом красовалась хмурая бульдожья физиономия. Я приветливо помахал охотнику рукой и запрыгнул на переднее пассажирское сиденье. Валерон кивнул мне и надавил на педаль газа. Тачка с грохотом помчалась по дороге, стиснутой грязно-белыми сугробами снега.
— Рад тебя видеть, — искренне произнёс я, ощущая себя так, словно вернулся в те времена, когда только-только познакомился с Бульдогом. — Что стряслось-то?
— Кто-то выслеживает нашу группу охотников, поэтому нам пришлось вылезти из норы, чтобы ударить на опережение, — с тяжёлым вздохом проговорил хозяин «буханки», скользнув по мне быстрым взглядом. — Я смотрю, инквизиторы дают тебе одежду, которую не жалко.
— Не. Это не их шмотки. Мне их Бог послал. А кто вас выслеживает? Нелюди? — уверенно бросил я, нахмурив брови. Кажется, за охотников взялись из-за меня. Они же совсем не участвуют в войне.
— Угу. Профессору по секрету шепнули из университета, что им интересуются подозрительные личности. И Молчуну кореша с работы сказали, что его ищут, — мрачно проронил Валерон.