Его огненный взгляд обратился ко мне. А я ободряюще подмигнул ему и сказал:
— Не паникуй. Сейчас что-нибудь придумаем. И вот мой первый и окончательный вариант. Мы тихо-мирно подъезжаем к хате, ты меня заводишь в неё, а там вампиры окружают меня всего такого белого и пушистого. А ты уходишь в соседнюю комнату и спокойно там сидишь. И пусть тебя не настораживают крики и вампирские вопли. А когда они стихнут — можешь выйти. Ну или я тебя позову. А если уж совсем скучно станет, то ты охранника своего убей. Тебя же явно одного в комнату не отпустят.
— Стажёр, ты серьёзно? Или я чего-то не знаю о тебе? — выдохнул Валерон, нахмурив лоб. — Ты так уверен в своих силах? Может, Профессор не зря боялся тебя? Да и вампиры весьма серьёзно подошли к встрече с тобой. Их будет минимум полтора десятка. И они взяли оружие.
— Да это просто трусоватые вампиры. Я о таких слышал, — с весёлой ухмылкой отмахнулся я и следом весомо проронил: — А если серьёзно, то не переживай за меня. Инквизиторы кое-чему меня научили.
— Ладно, — кивнул охотник. Он вроде бы поверил мне. — Возможно, всё получится. Тем более что вампиры, кажется, хотят взять тебя живым.
— Ну вот видишь! — ликующе выдал я, почесав взмокший под шапкой затылок. — Это уже считай моя полная и безоговорочная победа. Нам уже можно переходить ко второй части плана, а именно — спасению заложников. Ты не знаешь, где их держат?
— Неа, — отрицательно мотнул Валерон патлатой головой.
— Значит, мы не должны дать вампирам связаться с теми упырями, которые караулят пленников. И ещё нам надо будет разговорить одного из них, чтобы он выдал местонахождение Профессора и компании, — задумчиво проговорил я, постукивая себя согнутым пальцем по подбородку. — Хм… задачка, конечно, плёвая. Я думал, что будет сложнее. Так что не кисни Валерон. Долго ещё ехать, а то уже зубы чешутся, в смысле, руки?
— Близко. Пяток минут осталось, — пробормотал тот, странно поглядывая на меня, будто впервые увидел.
— Отлично, — уверенно бросил я и уже не так уверенно принялся анализировать свои шансы. Они, без сомнения, имелись. Но высоки ли они? Смогу ли я завалить пятнадцать вампиров? Ну, при определённых условиях, — да. И ведь мне всё равно отступать нельзя. Нужно вызволять охотников, которые отчасти по моей вине угодили в такую ситуацию.
Между тем Бульдог остановил машину возле высокого глухого забора с коваными воротами и вышел из «буханки». Я последовал за ним. Он открыл передо мной калитку и пропустил первым во двор. Там обнаружилась дорожка из булыжников, которая вела к двухэтажному кирпичному коттеджу с решётками на окнах.
— Вот тут Профессор нас и ждёт, — приподнято сказал мне в спину Валерон.
— Давненько я его не видел, — отозвался я, пробежавшись взглядом по неухоженной территории, заваленной снегом. А вот дорожка была тщательно очищена. Видимо, чтобы на ней не осталось множество следов от обуви вампиров.
— Идём, идём, дверь открыта, — с улыбкой проронил охотник, но вот его глаза отнюдь не улыбались. В них царило жесточайшее напряжение. Как бы он не перегорел.
Моя рука торопливо открыла стальную входную дверь. И я услышал позади почти безжизненные слова:
— Налево, в гостиную.
Мне удалось быстро преодолеть коридор и открыть ещё одну дверь: теперь межкомнатную. Бульдог за мной не пошёл. Он отстал ещё в коридоре.
А стоило мне войти в гостиную, которая предусмотрительно оказалась избавлена от мебели, как из двух смежных дверных проёмов повалили вампиры. Они быстро заполонили собой довольно большую комнату и наставили на меня пистолеты. И следом за ними в гостиной появился пожилой упырь в сером костюме, с волчьей улыбкой и породистым лицом.
— Кто к нам заглянул… Настоящий ангел, — наигранно изумлённо выдал он, держа руки за спиной сцепленными в замок. — Удивлён, что встретил здесь нас?
— Есть немного, — хорохорясь, выдал я, скользнув внимательным взглядом по вампирам. Один… два… пятнадцать. Плюс с Бульдогом — один-двое. Значит, заложников караулят не так уж и много упырей. Ну, если взять за основу, что их было двадцать.
— Ты знаешь, Матвей, — продолжил старый вампир, — обычные разумные почему-то так держатся за своих друзей и родных, что, порой, могут совершить ради них страшные злодеяния.
— Согласен, многоуважаемый упырь, — проговорил я. — И можете не рассказывать мне ваш гениальный план. Я уже сообразил, что к чему.