Когда мы все втроём оказались в соседней комнате, Макс помялся немного и проговорил:
— Советник Аристарх хотел бы встретиться с вами и выказать вам благодарность за всё то, что вы делаете для ордена.
Я даже рот открыл от такой наглой лести. Я что-то делаю для ордена? Вот уж не ожидал. Даже кот удивлённо выпучил глаза, точно увидел двухметрового лосося в сметане. Всё же мне удалось справиться с собой и подобрать с пола нижнюю челюсть.
— И всё? Ты только ради этого сюда шёл? — спросил я и вопросительно приподнял левую бровь. Надеюсь, он знает, что у меня тут повсюду микрофоны? Да, он точно знает. Советник явно сказал ему о них.
— Кхм… — смутился Макс, непроизвольно потрогал шрам на лбу и произнёс: — Нет, не только ради этого. Ещё у меня есть просьба личного характера…
— … Хочешь, чтобы я был твоим другом жениха? Всё-таки решил на Марии жениться? — приподнято спорол я чушь, чтобы разрядить обстановку, а то телохранитель был сам не свой. Мялся точно девушка на первом свидании.
— Нет, нет! Что вы! — испугался тот. — Я совсем не об этом хотел поговорить.
— А о чём? Да говори ты уже. Здесь все свои.
— Вы бы это… не могли замолвить за меня словечко перед советником, — наконец-то разродился парень. — После моего ранения он отстранил меня ото всех дел. Я, по сути, сейчас вообще ничем не занимаюсь. Без дела шатаюсь по монастырю да выполняю мелкие поручения. А я ведь столько лет тренировался… И всего один прокол угробил мою карьеру. Так же нельзя. У всех должен быть второй шанс.
Макс отчаянно посмотрел на меня. А я положил ему руку на плечо и успокоил:
— Не переживай. Я поговорю с Аристархом. И, когда тебя ранили, это был вовсе не прокол. Даже я не понял, что Мария — вовсе не Мария. А ведь я ангел. И чутьё у меня получше будет. Но я сам едва ласты не склеил. Короче, я попрошу советника, чтобы он вернул тебя на роль моего телохранителя.
— Правда?! — жарко выдохнул парень.
— Вот те крест.
— Спасибо! Я не подведу вас, — протараторил он, сияя глазами.
— Тогда пошли к Аристарху. Я прямо сейчас навещу его. Только вот оденусь. Не в халате же мне к нему идти. Всё-таки аж советник. Птица высокого полёта.
Осчастливленный Макс вылетел из комнаты, оставив меня одного. А я стал переоблачаться. И я весьма тщательно подбирал свой гардероб. Ведь мне на самом деле предстоит встретиться с не самым последним человеком в ордене. А такие, как он всё подмечают. Оденься я попроще — и он может оскорбиться, но вида, конечно, не подаст. Поэтому я напялил на себя строгий костюм-тройку и бравой походкой вышел из комнаты.
— Жених, — сразу же притворно восхищённо выдохнула Ленка, которая до сих пор не ушла в своё логово.
— А ты куда это направился такой красивый? — подозрительно сощурилась Каринэль и мигом вся подобралась.
— К советнику Аристарху, — честно и громко ответил я, ведь всё равно эту встречу не утаить. Да советник и не собирался этого делать.
— Но если ты опять куда-нибудь ввяжешься… — угрожающе недоговорила вампирша.
— Нормально всё будет, — улыбнулся я ей и вышел вон.
В коридоре меня встретил Макс. И он сразу же повёл меня по монастырю, а троица телохранителей вышколено шла за нами по пятам. Благо, они хоть не стали заходить в кабинет советника, дабы убедиться, что мне в нём ничего не угрожает. Макс тоже остался в коридоре. А вот я постучал и после вежливого «войдите» проник внутрь.
Кабинет советника оказался приличных размеров и поражал скромным убранством. Я не увидел здесь блеска золота, сияния серебра или дорогих картин. Нет, меня будто переместили в кабинет советского чиновника средней руки. Длинный лакированный стол, ряд стульев, несколько пластмассовых телефонов и пара шкафов. На полу лежал далеко не новый ковёр, а на стене висела карта России и ближайшего зарубежья.
Аристарх же склонился над пачкой документов и что-то читал. Но стоило мне войти, как он отвёл взгляд от листов, приветливо улыбнулся и указал мне пухлой ручонкой на ближайший к нему свободный стул.
— Присаживайся, Матвей. Спасибо, что заглянул.
— Это вам спасибо, что позвали, — с улыбкой проговорил я и присел туда, куда указывал советник.
Аристарх устало потёр красные глаза и глянул за окно. Там уже начинало темнеть. И тоскливо завывала настоящая буря. Снег, как бешенный, носился в воздухе, а стекло покрыли ледяные узоры.
Советник поёжился и внезапно предложил:
— Может, коньячка? В такую погоду — самое оно.
— Замечательная мысль, — поддержал я толстячка, хоты мы сидели в тёплом кабинете, и нам совсем не грозило замёрзнуть.