Он подмигнул мне и достал из ящика стола два стакана, вазочку с конфетами и непочатую бутылку дорогого коньяка. Прям, реально дорогого. Да ещё и не распечатанного. Готовился к встрече со мной или случайность? Я больше склонялся к первому варианту. Кажись, хитрый пройдоха решил подпоить меня. С пьяным-то всегда легче вести диалог. Можно много чего узнать, что по трезвому я хрен ему скажу.
Но отступать уже поздно, так что мне ещё раз придётся проверить на прочность «подарок» той страшной бабки из Петербурга. Вот, кто бы знал, что сексуальный аппетит Испанца сыграет в моей жизни такую важную роль? А ведь тогда я мысленно крыл его всеми матерными словами, которые знал.
Тем временем Аристарх налил в стаканы на два пальца коньяка и поднял свою тару. Мы чокнулись и выпили. Благородный напиток скользнул по моему пищеводу и оставил приятно-горьковатое послевкусие. Недурно. Очень недурно.
Ну и под коньячок мы с советником разговорились. Обсуждали в основном войну ордена с монстрами.
Во время разговора Аристарх не забывал подливать мне коньяк, а сам пил мало. Мне пришлось играть роль пьянеющего юнца. И я чувствовал себя, как на экзамене. К счастью, у меня неплохо получалось. Советник поверил моей игре и плавно стал расспрашивать меня о моих отношениях с Никодимом, Константином, о демоне и ангельской крови. Я отвечал уклончиво и всё больше плямкал губами, да клевал носом, уже окончательно поняв, что задумал толстяк.
Всё же я успел замолвить словечко за Макса, прежде чем советник позвал телохранителей и приказал им доставить меня в мои покои. После этого Аристарх ласково попрощался со мной. А я, опираясь на телохранителя, вихляющей походкой отправился восвояси. И в моей голове бродила весьма логичная мысль. Кажется, Аристарх решил совершить какой-то сильный ход. Он явно начал действовать более смело. Никодим точно узнает о том, что он «напоил» меня и потребует объяснений. А я ведь вполне могу рассказать ему о расспросах советника. Мда… похоже, затевается большая игра.
Часть IX
Глава 17
— Кто-то копит деньги, а я — приключения на свою задницу.
Телохранители практически на руках дотащили меня до покоев. А дальше я сам открыл дверь и буквально упал на пол. Благо, тот был покрыт мягким ковром. И вот лёжа на этом ковре я увидел, что в комнате горит свет, а на кресле с книгой в руках восседает Каринэль.
Она удивлённо вытаращила глаза, всплеснула руками и вскочила на ноги. Торопливо оббежала меня, закрыла дверь и шокировано прострекотала, нависнув надо мной:
— Мотя! Да ты напился! От тебя за версту разит!
— Угу, — плямкнул я, продолжая играть роль.
В этот миг ко мне вальяжно подошёл Пышкин, обнюхал, смешно двигая розовым носиком, и заглянул в глаза. И, кажется, он понял, что я не так уж и пьян. В его взгляде сперва появилось сомнение, потом удивление и закончилось всё тем, что он почти по-человечески весело усмехнулся и принялся с наслаждением дубасить меня лапой по уху.
— Пышкин! — прикрикнула на него вампирша, наградив грозным взором. — Что ты делаешь? Он же пьян!
Кот ещё шире усмехнулся, но всё же перестал издеваться надо мной и отошёл в сторону.
Девушка же помогла мне подняться и отвела в ванную комнату. Там она раздела меня и засунула в джакузи.
А я сквозь шум воды прошептал:
— Да я трезвый. Просто притворяюсь.
— Ого, — удивились Каринэль и тотчас постаралась скрыть своё изумление. — Но от тебя же буквально разит коньяком. Причем не дешёвым.
— Это мы с советником Аристархом выпивали, — честно сказал я, скрывшись под водой вместе с головой. А потом вынырнул и добавил: — Каринэль, не доверяй ему. Возможно, он захочет и с тобой поговорить по душам. Этот человек весьма скользкий и хитрый. И он ведёт какую-то свою игру.
— Нам что-то угрожает? — тревожно спросила она, склонившись над джакузи, чтобы не было видно её губ.
— Пока не знаю. Мне надо будет как-нибудь переговорить с Никодимом. А сейчас — пошли спать. Время уже много.
— Вылезай уже, алкаш, а ещё ангел называется! — с толикой гнева выдала девушка, тоже решив побыть актрисой.
Я с её помощью покинул джакузи, вытерся и отправился в спальню. Там мы рухнули на мягкую кровать с балдахином. Но сон не шёл ко мне. Я глядел в потолок и думал, думал…
Вампирша почти сразу заметила, что я даже не пытаюсь заснуть и тихонько спросила, приблизив губы к моему уху:
— А ты чего не спишь? О бабах думаешь?
— Если бы… И мне не дают покоя мысли об этой войне между орденом и нелюдями, — признался я, погладив девушку по волосам.