- Прекрасно, - Лариса скрестила руки на груди.
- Если хотите обойтись без криминала, будем стараться максимально увеличить вашу долю, хотя бы до двух третей. Попробуем решить досудебно, путем переговоров, и только потом подадим иск. А пока подготовьте дополнительно сведения о личных средствах, которые вы вложили, справку о вашей должности с официальной зарплатой. В общем, все, что может подтвердить ваш вклад в преумножение стоимости и доходности бизнеса.
Когда она ушла, я почувствовала себя полностью выжатым лимоном. Коротко стукнув в дверь, появился Сергеич, и меня едва хватило на то, чтобы поздороваться.
- Умничка моя, - он подошел и чмокнул меня в макушку. – Я в тебя верил.
- Был бы кто-нибудь другой, послала бы в жопу, - буркнула я.
- Была бы какая-нибудь другая, здесь бы не работала. Кстати, я освежил в памяти по отводам на гражданских делах. Можешь не париться. Судью отвести легко. Адвоката – сложно, но если сильно постараться, можно. Юриста-представителя – анрил. Нет такой процедуры вообще. Даже если вдруг твой Морозов прямо на суде встанет и скажет, что когда-то с тобой спал, над ним просто посмеются.
- А то ж я не знаю. Не в том дело. Отмываться потом от этого смеха долго буду. И ты рано радуешься, Сергеич. Дело-то очень тухлое. Здоровый кусок бизнеса, который мадам от отца получила, по какой-то сложной дурости не вывели из совместного владения. Но она хочет все.
- Мда, тухляк, - вынужден был согласиться Сергеич. – Но я все равно в тебя, голубка моя, верю. Ты справишься.
Глава 10
После визита Ларисы навалилась мелкая текучка, потом зашел Славка и потащил обедать.
- Ну хоть сегодня-то не продинамишь? – поинтересовался, элегантно наматывая карбонару на вилку с помощью ложки.
- Прости, Славик, но у меня… больничный, - сказала я со скорбной миной, под которой спряталось легкое злорадство.
Славка относился к тому подвиду мужчин, которых месячные заставляют соблюдать социальную дистанцию. Не то чтобы уж прямо совсем брезгливо, но… около того. Даже без минета готовы обойтись.
- Ну ты прям как специально подгадала, Юля, - пробурчал он недовольно. – Хорошо хоть вчера успел тебя трахнуть.
И шуточки у него были вечно плоские и тупые, как у восьмиклассника. И если сначала я пыталась вежливо улыбаться, то потом уже только морщилась.
А может, пора все это заканчивать? В постели он, конечно, богически хорош, но, как выяснилось, одного этого тоже мало. Впрочем, если моя фамилия вдруг украсит вывеску, вопрос решится сам собой.
Да, Юль Пална, разнарядку на твое женское счастье в небесной канцелярии, похоже, про…любили. Тридцать пять лет, три мужика в табеле – и все три мимо. Зато ребенок – золото. Утешай себя этим.
В суд я решила поехать ближе к концу рабочего дня. Поскольку занималась разводными делами давно, почти во всех районных и мировых судах Питера у меня завелись знакомые девочки и тетеньки, так что перспектива просидеть два часа в очереди, чтобы подать иск, не грозила. Вернулась после обеда в кабинет, вставила в разъем Ларисину флешку и занялась изучением матчасти, попутно наводя справочки в открытых и вполне так закрытых источниках.
Очень скоро стало ясно, что все еще хуже, чем представлялось. А заодно выяснилась одна деталь, которая, конечно, мало что меняла, но сама по себе была довольно интересным штришком.
Холдинг с немудреным названием «Древлесинвест», в котором объединились лесопилки и деревообрабатывающие заводы Пылаева с мебельными комбинатами и транспортной компанией Морозова-старшего, зарегистрировали в 2003 году, за десять месяцев до свадьбы Димки и Ларисы. То есть это не был договорной брак ради слияния бизнеса.
Ну что ж… тем хуже. Для кого? Да неважно. Сейчас меня интересовало совсем другое.
Картина складывалась следующая. После окончания института счастливая парочка получила от родителей вкусный пакет акций холдинга в совместное владение. А к акциям – не менее вкусные должности с хорошей зарплатой. Не топ-менеджмент, конечно, но и не рядовая офисная плесень. Дети набирались опыта, поднимались по служебной лестнице, а папы тем временем уже тянули загребущие ручонки дальше. Плох тот бизнесмен, который не хочет стать олигархом, и плох тот олигарх, который не хочет попасть в форбс. Конечно, и те и другие могут плохо кончить, но когда это кого-то пугало?
Пылаев от леса развернулся в горнодобывающую промышленность, Морозов осваивал медиа, прикупив несколько газет, телеканал и радиостанцию, а заодно парочку интернет-провайдеров. Пылаев при этом не чурался криминальных способов, Морозов действовал более изящно – во всяком случае, за задницу ни разу не ловили, тогда как его сват ходил по тонкому льду. Древесный холдинг тем временем рос, развивался, а вместе с ним росло и благосостояние Морозовых-младших: я отслеживала это по изменениям в их совместном и раздельном имуществе.