«Буду паинькой», — мысленно пообещал ей Тьен.
Но сдержать обещание оказалось нелегкой задачей.
Не нравился ему этот тип. По всему видно, приличный человек, культурный, образованный, работа престижная, друзья в нем души не чают, барышни вздыхают тайком, собаки при встрече хвостами виляют. Вот этим всем и не нравился.
Был бы как давешний горе-валет, Тьен его мигом с лестницы спустил бы. Но разве Софи, его Софи, с подобным связалась бы? Нет, все правильно, она выбрала кого выбрала…
Но не осталась же с ним?
Опередив намерения идеального, но несостоявшегося супруга, шеар разлил вино.
— За Люка, — предложил он первый тост. — Пусть в его жизни не будет больше темных дней.
— За Люка, — поддержал Анри. Похоже, тоже дал себе зарок не нарываться на ссору.
— Попробуйте баклажаны, — продолжая изображать из себя хозяина, порекомендовал Тьен. — Вы такой вкуснятины никогда не ели.
— Ну почему же? — добродушно-снисходительно улыбнулся «несостоявшийся». — Ел и не раз.
Ел он!
Уел…
— Как у тебя дела? — воспользовавшись секундным замешательством собеседника, обратился к Софи гость. — Мы не виделись… недели две, да?
Мельком брошенный на Тьена взгляд выразительно подчеркивал: «Всего две недели назад тебя тут не было».
«А теперь есть, — так же, взглядом, ответил шеар. — И буду».
— Все хорошо, — рассеянно отозвалась девушка. — Как всегда.
Шеар отметил, что она не стала рассказывать о том, что нашелся доктор, обещающий вылечить Люка. Первая новость, которую она сообщила Амелии. Новость, которой успела поделиться с Рене и Мишлин. Но не с Анри. Какие еще нужны подтверждения, что он ничего уже для нее не значит?
— А ты как? — тем не менее, проявила ответную вежливость Софи.
— Да тоже… так же… Работа в основном.
«Да-да, — про себя усмехнулся Тьен. — Лишь уйдя с головой в работу, я могу отвлечься от мыслей о тебе, любимая. Я так несчастен и одинок, ты ведь видишь. Пожалей же меня…»
Нет, он ни на миг не заподозрил Анри в продуманной игре, но его искренность вызывала большее раздражение, чем вызвала бы откровенная ложь. Пальцы под столом сжались в кулак от желания приласкать несчастного…
— Кем вы работаете, если не секрет? — вмешался он в разговор.
Едва заметно пожал плечами, когда Софи взглянула вприщур, пытаясь отыскать в его вопросе подвох. Сама же упрекала в том, что он невнимателен к ее друзьям, вот он и уделит особое внимание этому другу.
— Я — адвокат. Занимаюсь преимущественно гражданскими делами. А вы, позвольте спросить?
— А я — не адвокат, — с шутливым сожалением признался Тьен.
— Какая интересная профессия, — оценил Анри.
— Мне тоже нравится. Еще вина? — Не дожидаясь согласия, он наполнил бокалы. — Предлагаю выпить за хозяйку этого дома.
За милую светлую девочку, которая была бы рада, если бы оба они ушли. Тьен так и сделал бы, если бы смог смириться с мыслью, что он уйдет, а тот, другой, останется, допьет вино, доест запеканку, засидится до позднего вечера, а прощаясь, снова полезет к ней с поцелуями и объятьями…
— Так чем вы все-таки занимаетесь, Этьен? — предпринял новую попытку «прощупать» его Анри.
— Ем баклажаны, — чистосердечно поведал шеар с набитым ртом.
И правда, вкусно. Раньше Софи подобного не готовила. Может, потому, что тогда еще не умела. Или потому, что зимой нет баклажанов, а летом не было уже его.
Впечатление от блюда портили не только воспоминания о прошлом, в том числе, о прошлом не случившемся, но и испытывающий взгляд не дождавшегося ответа адвоката.
— Имелся в виду не данный момент, — уточнил он, демонстрируя недюжинную выдержку. — Я спрашивал, кто вы вообще
— Я — сказочник, — признался Тьен. — Сочиняю истории для детей. И для взрослых иногда.
— И что, подобное увлечение приносит прибыль? — полюбопытствовал Анри.
— Иногда. Но в основном оно приносит радость, и мне, и другим. А прибыль я получаю от доли в семейном предприятии. Но вы же интересовались, кто я, а не чем зарабатываю на жизнь. Или я снова неверно понял вопрос?
Адвокат открыл рот, но сказать ничего не успел.
— Софи! — с детской непосредственностью оборвала разговор взрослых влетевшая в кухню Клер. — Можно нам послушать пластинки? Пожалуйста!
— Да, конечно.
— Достанешь патефон? Или мне самой?
— Нет, самой не нужно, — Софи посмотрела на мужчин, сначала на бывшего жениха, после на бывшего квартиранта, и, убедившись, что их можно оставить без присмотра на несколько минут, поднялась из-за стола. — Я отлучусь ненадолго. Заодно узнаю у Люка, не пора ли подавать торт.