Не знаю, - повернувшись к своему соседу, проговорил один из зрителей, толстяк в дорогом костюме, с начала боя не вынимавший изо рта дорогую толстую сигару, - Что это за бокс? Это скорее бальные танцы. Умеет ли, вообще, этот парень бить? - и от неожиданности, чуть не выронил сигару изо рта.
В этот самый момент, на ринге, "длинный", как его прозвали зрители, отступая, нанес своему противнику молниеносный удар, почти не видимый глазу, правый прямой в подбородок. Зрителям показалось, что его кулак еле коснулся подбородка Джека, но тот, неожиданно, упал на колени. Зрителям подумалось, что это случайность, что их любимец просто споткнулся, но Боб Дейли вдруг закричал,
Стоп, - и начал отсчитывать секунды: один, два, три, - считал он, размахивая в воздухе рукой, но Джек уже стоял на ногах, всем своим видом показывая, что он в полном порядке.
Он просто споткнулся! - раздались выкрики из толпы зрителей, и все они облегченно засмеялись.
Только были среди них и истинные знатоки бокса, такие, как Уил Синклер. Их невозможно было провести улыбкой, которую попытался изобразить на своем лице Джек Уиган. Им было ясно, что это был настоящий нокдаун.
А тем временем, закончился и третий раунд этого боя.
Послушай, Уил, - шепнул Синклеру на ухо его знакомый репортер из "Нью-Йоркс Ивнинг", где ты откопал этот самородок?
Увидел в порту, как тот отделал четверых громил, - ответил Синклер, - И я сразу понял, на что он способен. Поверь, он еще ничего не показывал. Могу предложить пари, что он уложит Джека до седьмого раунда.
Ну, уж это ты слишком, - протянул Сэм Хардуэй, - Он, конечно, хорош, но не думаю, что настолько.
Ставлю пятьдесят долларов, - предложил Уил, и достал из кармана зеленую купюру, - Ну, как, согласен?
Согласен, - кивнул Сэм, и они ударили по рукам.
А картина боя, между тем, резко изменилась. К удивлению зрителей, "Длинный" пошел вперед, осыпая Джека многочисленными ударами. Когда же тот решался переходить в контратаку, новичок наносил мощные удары правой навстречу, и тут же развивал свой успех очередной атакой. Над толпой у ринга повисло удивленное молчание. Люди не могли понять, каким образом их любимец мог выглядеть таким неуклюжим. А в груди у Боба вдруг снова шевельнулось то неприятное чувство. Но теперь он окончательно разобрался, что это за чувство. Это был обыкновенный страх за своего ученика. Боб увидел, как незнакомец делает шаг левой ногой вперед и наносит джеб в подбородок Джеку. Голова Джека дернулась назад. Боб хотел набрать в легкие воздуха и крикнуть изо всех сил,
Стоп! - но не успел.
Словно в замедленной кинопленке, он увидел, как незнакомец подшагивает правой ногой к своему сопернику и наносит ему сокрушительный удар правой прямой в подбородок. Голова Джека отлетела назад, а тело его сразу утратило свою упругость. Он падал на ринг, не как падает человек, а как падает сломанная кукла. Он так и остался лежать на полу, в каком-то неестественном положении. Правая рука оказалась подвернутой под тело, ноги вытянуты, а голова повернута в сторону. Короче, это был тяжелейший нокаут. В первое мгновение, все зрители остолбенели, и в зале повисла мертвая тишина, которая вскоре сменилась оглушительным ревом толпы. Зрители, которые еще минуту назад смеялись над этим незнакомцем, за его манеру осторожно вести себя на ринге, теперь дружно орали, свистели и хлопали в ладоши, приветствуя своего нового кумира.
Я же говорил, что парень его сделает, - орал своему соседу в ухо толстяк, который в начале боя смеялся над неизвестным боксером, подозревая его в нежелании драться.
Среди этого всеобщего помешательства, только несколько человек были заняты своими делами. Прежде всего, это Боб Дейли и его помощник Чарли, секундант Джека. Они суетились вокруг поверженного боксера, вынимая у него изо рта капу, приподнимая его голову и брызгая ему в лицо мокрым полотенцем. Это Уил, который пробирался к углу ринга, в котором находился победитель, и, наконец, сам победитель, который озирался среди толпы любителей бокса, окруживших его плотным кольцом. Люди дружески хлопали его по плечам и задавали ему многочисленные вопросы. Наконец, он разглядел пробивающегося к нему Уила и помахал ему рукой. Толпа слегка расступилась, и Синклер наконец смог подойти к своему протеже и пожать ему руку.
Ни секунды не сомневался в твоей победе, - прокричал он на ухо победителю.
Признаться, и я, тоже, - ответил тот, и неожиданно озорно улыбнулся, - В отличие от всех этих болельщиков.
Как тебя зовут, кто ты? - прокричал из толпы корреспондент спортивных новостей из "Нью-Йорк Телеграф".
Я Андрэ, - ответил боксер на довольно хорошем английском, в котором, впрочем, чувствовался небольшой акцент, - В прошлом, эмигрант из России, а в настоящее время, американский гражданин, портовый грузчик.
Значит, ты русский? - уточнил корреспондент.
Нет, - отрицательно мотнул головой Андрэ, - Я один из вас. Теперь я американец.
В ответ на эти слова, толпа разразилась громкими аплодисментами.
Собираетесь ли вы выступать на профессиональном ринге? - задал вопрос другой корреспондент из толпы.
Я для того сюда и пришел, - ответил Андрэ, обводя толпу своими удивительно ясными глазами, - Спасибо за это мистеру Уилу Синклеру, который и устроил этот спарринг.
А, хитрец Уил, ну-ка выкладывай, как ты нашел такого боксера? - спросил у Синклера вполголоса, чтобы не слышали окружающие, Фил Мэйсон из "Спорт Трибун"
Просто я разбираюсь в боксе и всегда могу отличить настоящего мастера, даже, если он дерется на улице, - пожал плечами Уил, - А в этом парне за милю видно чемпиона. Хотя, скажу честно, я до сих пор не пойму, откуда он взялся?
Что ты хочешь этим сказать? - не понял приятеля Фил, - Он ведь только что признался, что эмигрировал из Советов.
Брось, Фил, - покачал головой Синклер, - Какие Советы? Кто, вообще, в Красной России умеет боксировать? И даже если, допустим, он вот такой талантливый, то, все равно, для того, чтобы вырасти до такого уровня, ему необходимо было заниматься боксом лет десять и при этом провести сорок профессиональных боев, с соперниками уровня первой двадцатки. А в таком случае, мы бы с тобой его хорошо знали.