Немного помариновала Леху. Спустилась в 10:07, хотя была как на иголках, хотела мчаться, но сдерживала себя. Правда, не дотерпела: собиралась выйти в десять минут, а вышла в семь. Ничего. Тоже нормально. А Леха тут как тут. Ты ж мой зайчик! Стоит, ждет, терпит, такая лапа! Ну что, здравствуй законный выходной!
Честно? Шагала я никогда особо не любила и ничего в его гениальности не понимала. Но я вообще в этом плане странная женщина. Ни тебе Курт Кобейн с его подростковым духом, ни Том Йорк с его «Уродом», ни Шагал с его летающими евреями. А что да? Всякий примитив. Седьмая Бетховена и Perfect Strangers Deep Purple. «Город золотой» Гребенщикова и «Подмога не пришла» группы ХЗ. Yesterday The Beatles и «Князь Тишины» Наутилуса. Вот это мое. У меня мурашки бегут по спине от всего Вермеера и от рембрандтских стариков. Можете все это считать голимой попсой, мне плевать.
— Лех, а у тебя от чего мурашки бегут по спине?
Не дай бог, сморозит сейчас что-то, вроде «от тебя, Таня!» Сразу развернусь и уйду. А он задумался. Уже хорошо.
— Список длинный. Сразу и не упомнишь. Но вот все то, что ты перечислила — это, конечно, вершина. Серьезно. В музыке еще Jesus Christ Superstar…
Блин! Как я забыла?!
…и Spanish Caravan The Doors.
Ух ты, какое у него произношение!
— А по поводу Вермеера… Знаешь, какая цитата висит в музее Дали в Брюгге?
— Какая?
— В примерном переводе: «По сравнению с современными художниками, я — гений. По сравнению с Вермеером, я — дерьмо». Что-то вроде этого.
— Да, круто. А ты, что был в Брюгге?
— Приходилось, — пожал плечами. — И насчет Шагала ты не права. Дело вкуса, конечно, но его романтизм еврейства оказал огромное влияние на весь мир, открыв ему не привычную забитость черты оседлости, а великую любовь между людьми. Я неисправимый романтик?
— Ага, — улыбнулась я.
— Посидим тут?
И мы сели в самом центре Тель-Авива в небольшом ресторанчике средиземноморской кухни. Я заказала форель, которую в жизни не ела и не поела бы никогда: больно дорого для приживалки. Но раз выпала такая возможность, почему бы не поесть форели. Говорить это надо, жеманно отставив мизинчик и обмахиваясь веером. Да где там, жеманности сроду не было, как и веера. Будем есть по-простому. Не ела — жрала эту вкуснючую рыбу и чувствовала себя почему-то наложницей набоба. Кто такой набоб, кстати? Да какая разница. Леха взял пиво, я — бокал красного, хотя к рыбе положено белое. Но вот почему-то захотелось красного. Разорять бедного звуковика с ТВ, так разорять, нечего нищим девушкам пыль в глаза пускать. Хотя, это я злобствую, конечно. Вот что я из него кровь пью? Хороший парень. Добрый. Я ему нравлюсь — это видно. Да и он мне нравится, что душой кривить, особенно как целуется. Интересно, а как он… Так, Таня! Держи себя в руках!
Проверить это удалось в тот же вечер, потому что Леха ожидаемо пригласил выпить у него в комнате, а я ожидаемо согласилась. Оказался он удивительно нежным, трогательный такой. И, самое главное, никуда не торопился. Медленно меня раздевал — а я сообразила надеть хорошее белье. Заранее присмотрела и купила. Женщины всегда знают, когда и на что деньги тратить. И когда надевать, понятное дело.
В общем, довел он меня до вершины первый раз так, что его сожитель… тьфу, сосед! — аж хрюкнул за стенкой. А потом еще и еще раз! Неудивительно после такого-то воздержания. И так это сделал, и вот так… В общем, в самый нужный уже для него момент мне в голову стукнуло:
— Погоди, у тебя презервативы есть?
Он — раз! — и съежился, сжался. Ну, не придурки эти мужики? Я, значит, заранее все планируя, покупаю белье, кофточку, навожу марафет, а этот дебил о самом элементарном не позаботился?! Ну вот что с ними делать? Ладно уж, раз мне было так хорошо — и этого хорошо теперь надолго хватит! — не буду я тебя, Леха, гнобить. Не приведи господь, импотентом сделаешься. А способов удовлетворить мужчину без презерватива существует великое множество. Так что вот тебе парочка подарков от Татьяны Константиновны, нелегалки из Краснотурбинска. И Леха так благодарно откликнулся, что сосед за стеной хрюкнул еще раз. Чтоб ему на здоровье было.
Подвез он меня домой, опустошенную и, наверное, сверкающую довольной рожей. Почему «наверное»? Потому что в самый интересный момент вспомнила я Томера и чуть не испортила всю эту историю. Но собрала волю в кулак и кончила с Лехой, а не с Томером. Иначе было бы нечестно.