Тьма, и с теми двумя приятелями Лонго, Холлинсоном и Морено-Муньосом, она так и не поговорила! Придётся возвращаться в общежитие, хотя это, скорее всего, ничего не даст.
За окном была уже тьма, густая, хоть ложкой ешь, и она взглянула на часы: половина шестого. День практически закончился. Надо поторопиться, если она хочет застать архивариуса на месте.
Дюпон тянул время, как только мог.
Три раза переписал докладную записку руководству. Третий вариант перечитал, смял и бросил в корзину, решив, что проще всё сказать словами на совещании в понедельник утром. И почему ему раньше казалась таким увлекательным процессом эта глупость, написание докладных записок?
Несколько раз прошёлся по залу, поглядывая на работающих за столами коллег. Ходили в архив преимущественно аналитики, но время от времени и боевики заглядывали. Вот, кстати!
Он подошёл к одному из столов и тронул сидящего за плечо.
– Лионель, привет! Я нашёл для тебя тот рапорт об уничтожении видоизменённой нечисти на кладбище в Брезе. Ещё актуально?
– Спрашиваешь! Давай скорее!
– Только завтра, прости. Время уже к шести, через двадцать минут мы закроемся.
Лионель де Клермон выругался шёпотом, но всё равно заслужил недовольный взгляд с соседнего стола. В ответ он улыбнулся и поставил над собой щит от подслушивания.
– Жак, а давай я магически скопирую этот рапорт?
– Запрещено, ты ж знаешь. К тому же на последней странице печать и подпись Равашаля, так что копирование тебе дорого обойдётся.
– Н-да… – Лионель поморщился.
Такую глупость он уже сделал однажды, и потом долго щеголял фингалом точно в середине лба.
– А что ж делать? – он огорчённо посмотрел на Дюпона.
– Приходи завтра.
– Ага, завтра! Тебя сейчас коммандер Редфилд затребует, и привет, две недели мы не встретимся. А девочка твоя новенькая мила, конечно, но ведь она этот рапорт не найдёт?
Дюпон даже отвечать не стал на этот вопрос. Конечно, не найдёт, нужная бумага лежит в том разделе, куда Лючия и допуска пока не имеет.
– А насчёт командировки… Это ты слышал или придумал? – спросил он осторожно. – Или предположил?
– Приказ видел в канцелярии.
– Тогда снимай свой щит и пойдём, всё организую.
Он познакомил Лючию с лейтенантом де Клермоном и проинструктировал, куда положить для хранения интересующие его документы, как извлечь и выдать завтра утром и каким образом убрать, когда в них исчезнет надобность.
Без пяти шесть он со вздохом сказал девушке:
– Идите домой, Лючия.
– Вы позволите, я провожу вас? – Лионель тут же подхватил её под локоть и повёл к дверям, что-то нашёптывая на ухо.
Уже из коридора раздался взрыв смеха. Дюпон снова вздохнул – видимо, Лионель ошибся, не будет никакой командировки, но тут засигналил и задёргался его коммуникатор.
– Я тебя долго буду ждать? – сурово спросил женский голос. – Приказ подписан и лежит у меня на столе!
– Госпожа Марнье! Уже бегу!
– То-то же, – начальница канцелярии усмехнулась, но Жак этого уже не видел.
Он срочно закрывал архив.
Мадам Лаво отодвинула тарелку и в третий раз за вечер покачала головой.
– Тебе не понравился антрекот? – поинтересовалась Лавиния.
– Понравился. Мне не нравится складывающаяся ситуация в целом и, в частности, то, что я ничего не нашла в доме вашего герцога. Сеньора Сандоваль и Уэскара, герцога Медина. Лонго. Как ни называй…
– Ты уже готова говорить о подробностях?
– Вполне, – Мари Лаво отпила глоток вина, скрестила пальцы и начала рассказывать. – Дом на улице Флерю, в двух шагах от Люксембургского сада. Тихий, дорогой квартал, как я понимаю.
– Шестой округ, цены на квартиры и дома просто неприличные, – кивнула Лавиния.
– Дом небольшой, два этажа и мансарда. Перед ним мощёный двор, за домом сад. Садик, – Мари прикрыла глаза, представляя себе всю картинку. – Слуг всего пятеро: дворецкий, кухарка и две горничных, камердинер. Второй этаж был закрыт, и мне пришлось приложить некоторые усилия, чтобы заставить дворецкого – его зовут Плюман, – открыть для нас проход.
– Закрыт самом Лонго?
– По его приказу. Не магически, нет. Но внутри всё вычищено как раз магией.
– Тот же вопрос – чистили горничные или герцог убирал что-то, что не стоит видеть посторонним?
– Ни одна горничная не добивается такой стерильности повсюду, – Мари усмехнулась, но вышло как-то невесело. – Безусловно, все следы были уничтожены магией, но я не смогла определить, кто это сделал. Понимаешь, Лавиния, я – не смогла!