Разглядывая танцующих долго, я могла вызвать лишние подозрения, но из-за охватившего меня волнения пренебрегла конспирацией. Я нигде не находила вампира, хотя, возможно, он просто вышел в соседнюю комнату.
– Что-то случилось, мадмуазель? – спросил один из кавалеров, отличавшийся от всех более длинными волосами, вьющимися на концах.
Хотя, стоит заметить, здесь у всех мужчин волосы отросли чуть ниже той длины, которая считалась в Ромарии пристойной. Кто-то, впрочем, забирал их в хвост, становясь похожим на женщину в мужском костюме, особенно в сочетании с напудренным лицом.
– Я не вижу брата, – пожала я плечами, продолжая высматривать чёртового вампира. Я же буквально умоляла далеко не отходить! А он, довольный тем, что я занята, тут же просьбой пренебрёг.
– Он же взрослый человек, не стоит так волноваться! – усмехнулся один из компании, ещё и закрывая мне обзор с правой стороны.
– И правда, зря принимаю всё так близко к сердцу, – мило моргнула я, по-прежнему изображая кроткую послушную овечку, которую первый раз вывезли в приличное общество. Мужчинам, кстати, это очень нравилось. Очевидно, они чувствовали какое-то превосходство крупного арзальского двора над ромарийским.
Зала действительно была большой, но у меня хватало зрения охватить её всю, пробегая по лицам дам и кавалеров. Те, кто не танцевал, расползлись вдоль стен, переговариваясь о чем-то. Я видела и любезно представленного нам министра иностранных дел, и канцлера, и военных атташе нескольких соседних стран. По всему полагала, что внимание Лейфа сосредоточится на них, однако, он, видимо, так не считал. Какого рода переговоры хотел вести вампир, осталось для меня загадкой.
– Баронесса, – услышала я женский голос неподалёку. Если бы он не показался знакомым, я, наверное, проигнорировала обращение, слишком увлечённая поисками «братца».
Резко обернувшись, я увидела возле нашей компании невысокую женщину с мягкими чертами лица и немного уставшей улыбкой. Её волосы собрали в высокую причёску, полностью открывая изящную шею, украшенную изысканным колье в форме лебедя – по нему я и узнала жену нашего посла, Ариэллу.
– Прошу прощения, что прерываю беседу, но мы собрались уезжать. Мой муж и ваш брат уже ждут нас в карете.
Я облегчённо вздохнула, с лёгкостью поднимаясь с кресла. Значит, уже собрал все, что мог, и решился ехать домой. Не ожидала от него такой прыти, даже немного удивилась тому, что Лейф не остался до конца. Или ему удалось выведать что-то сенсационное?
– Конечно! Простите, мосье, что покидаю вас. Надеюсь, что нам ещё выпадет шанс побольше узнать друг друга, – улыбнулась я и, выслушав все заверения в искренней дружбе и почти любви, пошла прочь от порядком утомивших меня мужчин.
Я обрадовалась, что Лейф, специально или нет, но прекратил эту пытку, сжалившись над моими нервами. Только сейчас я смогла вдоволь насладиться красотой королевского дворца, в котором и проходило мероприятие, посвящённое именинам королевы.
Стены танцевальной залы украшали серебряные цветы, которые вместе с абстрактным узором золотых линий убегали вверх. Там они переплетались и обрамляли свод потолка, где на голубом фоне гордо танцевали нарисованные пары в костюмах прошлого века.
Два других помещения, где гости могли сыграть в азартные игры или просто поговорить, уступали в размерах, и располагались в северной части дворца. Бальная же зала соединяла четыре крыла, была как бы центром здания и переходом.
Мы, пробираясь вдоль стен, чтобы не мешать танцующим, прощались и спешили дальше, но вот, наконец, вышли в тихий почти пустынный коридор восточного крыла. Его мы пересекли намного быстрее, и вот я увидела нашу чёрную коробку.
На улице было прохладно, как и любой осенней ночью, так что я немного поёжилась и поспешила сесть в экипаж. Благо карету подали к самому входу – в это время другие гости ещё не торопились уезжать. Я, не глядя, устроилась на сиденье и, откинувшись на спинку, закрыла глаза – очень устала. Почти сразу мы тронулись.
Через пару минут я почти не хотела ругаться на Лейфа за то, что кинул меня на растерзание кавалеров, поэтому рискнула открыть глаза. Однако, с удивлением оглядев тёмные внутренности экипажа, как раз моего подопечного я и не увидела.
– Вы хорошо держались. Господин Лейф очень волновался, но вы превосходно справились! – похвалила меня Ариэлла.
– Где он? – немеющими губами пробормотала я, а сама будто обмерла.
Злиться бы, а почему-то страшное – дурное предчувствие.
– Господин Лейф тайно остался во дворце. Мы уехали, чтобы прикрыть его, – просветил посол слегка недоумённо.
– Мерзавец! – не удержалась я.
Волнение окончательно сменилось яростью. Я что ему мебель? Кукла с кудряшками? Неужели так трудно было посвятить меня в подробности плана и договориться, чтобы я подождала его где-нибудь в парке? Как он намерен выбираться?! И зачем вообще ему оставаться?!
Я бы бросилась обратно во дворец, но сдержала порыв – всё равно найти не найду, а вот помешать смогу запросто.
– Вас что-то не устраивает? – недовольно спросил посол. – Простите, мадмуазель, но вы выражаетесь как разбойница или чародейка, не дай бог!
От замечания я скривилась. Поразительно! Видя меня с волшебной палочкой, они не догадались, что я чародейка, зато по брани определили сразу. Выводы напрашивались неутешительные, но не вовремя.
– Меня в корне не устраивает сложившаяся ситуация, – без лишних эмоций отчеканила я, торопливо отодвигая занавеску и выглядывая в окно – уже потемневшее небо намекало на надвигающуюся грозу. – Но об этом я поговорю лично с господином Лейфом.
Оставшийся путь мы молчали. Я всё смотрела на небо, кусая губы и сжимая кулаки. Гроза должна разыграться нешуточная, да и от дворца до посольства пешком прилично идти. Как минимум вампир промокнет, как максимум его убьют по дороге.
Подумать только, Лейфу ничего не стоило предупредить меня, договориться о том, что я после бала подожду его где-нибудь поблизости. В конце концов, оглушённая издалека стража не создала бы больше проблем, чем распоротая саблей. Да его, Лаврик побери, даже гипноз не спасёт!
В посольстве я сразу к себе и стала переодеваться, чтобы избавиться от этой тяжести. Стоило служанке распустить шнуровку корсета, я распекла её за медлительность и выгнала – сорвалась. Всегда считала, что до такого бешенства способен довести только Лаврик. Но нет! Нашёл ещё один! А в дороге таким милым казался, зубы заговорил! Сдохнет – подам государю жалобу, что меня не предупредили о нежелании подопечного охраняться.
Платье я кинула на кровать, сама переоделась в дорожный костюм и присела на подоконник так, чтобы видеть главные ворота в посольство – всё равно не усну, пока блудный вампир не явится.
– Скучаешь? – услышала я знакомый голос.
– Я же сказала тебе убираться? – напомнила я, не оборачиваясь.
– Я уходил! Ты разве не заметила? – с удивлением спросил Лаврик, присаживаясь рядом, и пафосно добавил: – Но обещал вернуться! И вот я здесь!
– Непонятно только зачем, – буркнула я, не посмотрев на бога.
Лаврик раздражал меня всегда, но разменивать готовящийся скандал на него не хотелось – Лейф должен лично получить всю порцию моего негодования.
– Ты о нём волнуешься? – сменил тему бог, пытаясь строить из себя врачевателя душ. Да-да! Он такой мудрый, он обо всём в курсе, только не знает, о чём именно.
– О себе. Мёртвый подопечный – страшное пятно на репутации, особенно когда речь идёт о первом же задании, – попыталась оправдаться я, и бог сделал вид, что поверил, важно закивав. Хотелось его треснуть, но я сдержалась – оставим Лейфу всё!
– Да не переживай! Он ещё молод – вряд ли умрёт в объятиях юной девы, – подлил бог масла огонь.