– Что же, тогда пройдём в кабинет моего брата, – предложила правительница, торопливо спускаясь.
Нужное помещение располагалось на первом этаже, рядом с лестницей, так что далеко идти не пришлось. Охрана поклонилась и без лишних вопросов пропустила, один из слуг торопливо зажёг лампы и скрылся, оставляя снова наедине. Я бы с удовольствием плюхнулась в одно из множества мягких кресел, но предпочла постоять даже после приглашения. Поблагодарить нас можно было и при всех, а герцогиня предпочла посекретничать наедине. Зачем?
– Если я правильно угадала, то к вам можно обращаться Эния и Лейф? – спросила женщина, словно флиртуя, а мне стало не по себе.
– Прошу прощения, мы не…– попытался выкрутиться Лейф, но его снисходительно перебили:
– Молодой человек, мы с Ромарией в хороших отношениях. Конечно, в последней войне Фаррис сохранил нейтралитет, но после сразу восстановили союз. Я прекрасно знаю, что вы приближенный Михаэля.
Я с трудом сообразила, что это имя нашего государя, которое я слышала впервые. У нас не принято было называть правителей по именам, чтобы не путаться.
– И про скандал с госпожой Энией мне тоже донесли.
Вампир метнул в меня прожигающий взгляд – я ответила тем же. Думать было надо, кого в шпионки отправлять. Чародейку им захотелось!
– Я в долгу перед вами. Знаю, в ваше задание моё спасение не входило. Но мало чем смогу помочь, – развела женщина руками. – Грядёт новая война против Ромарии. Почти все крупные страны континента в доле – к сожалению, Фаррис никак не сможет помочь. Нас просто сметут. Да и средств вести войну у нас нет. Если отдыхающие из соседних стран перестанут к нам ездить, это подорвёт всю экономику.
– Тогда, может, советом подсобите? – предложил Лейф.
– Разве что, – грустно улыбнулась она.
– Какую из стран проще всего «выбить» из коалиции?
– Сложный вопрос. Ярош, скорее всего. У них нет с вами прямых границ, так что можно поторговаться. Вербен бы тоже пошёл на контакт, если бы речь шла не о Ромарии. Но с другой стороны, их можно перетянуть на другую сторону от Брескаи.
На этом аудиенция закончилась. Лейф покивал, словно так и думал, мы распрощались. Не много толку принесло спасение герцогини – могли бы и в сторонке постоять.
Когда мы вышли из кабинета, нас никто не попытался ни задержать, ни проводить. Какое-то время мы шли молча, и я все пыталась понять по выражению лица Лейфа, о чём он думает. Ничего приятного и обнадёживающего в его голове точно не вертелось, поэтому через какое-то время я осмелилась спросить:
– Куда дальше?
– Я в Ярош, ты в Ромарию, – неожиданно выдал вампир.
– Что? – опешила я. – Какого чёрта?!
– Я не потащу тебя туда ни под каким предлогом – что там, что в Вербене не любят чародеев, если вежливо сказать. Так что дальше я один. И не заикайся про свою репутацию – государь обо всём в курсе, подпишет документы.
Мысли в голове – злобные, обиженные, недоверчивые – проносились стремительно. Лейф шёл так быстро, что я угнаться-то за ним не могла, не то что поспорить, но через пару минут всё же высказалась:
– Не понимаю, зачем ты вообще брал чародейку в дорогу!
– Мне была нужна не защита, а девушка для прикрытия. Я бы сорвался и один, но эти идиоты из службы безопасности всё тянули время и талдычили, что одинокий мужчина привлечёт лишнее внимание. Сейчас видно, что ты куда заметнее: твоё лицо знает каждый второй, а если при тебе палочка, то каждый!
От обиды у меня чуть слезы не выступили. Не знаю, что меня так пробрало: может, отношение как к ненужному балласту, но оставлять Лейфа одного я не собиралась. Не нужна ему защита, как же! Вон уже несколько раз чуть не убили. И через Чёртов лес он бы без меня не прошёл.
– Ты-то сам куда смотрел, когда тебе меня подсовывали? – оскорблённо спросила я.
– Никуда, я разведкой не занимаюсь. Я работал товарищем министра торговли, просто иногда помогал государю вести переговоры, причём чаще с торговцами, чем с политиками, да по дружбе распутывал его змеиный клубок интриганов-придворных, вот он меня и приметил. Высокий чин пожаловал раньше срока, часто советовался со мной, на чаи зазывал. Но разведкой я не занимался никогда – это не моё дело.
– А предстоящая война, стало быть, твоё? – едко спросила я. – Насчёт пошлин поехал торговаться?
Лейф остановился, посмотрел на меня задумчиво и холодно заметил:
– Вот умная ты девушка, Эния. Знала бы, где схитрить, цены бы тебе не было.
Он пошёл дальше, я едва за ним поспела. Ладно, сам сказал, нахрапом тут не возьмёшь.
– Позволишь переплыть с тобой море? А потом решим, поеду я обратно или останусь, – попробовала я выиграть время.
– Что-то может измениться? – пренебрежительно отозвался он, прекрасно понимая, к чему я клоню.
– Не хочу одного отпускать тебя в плавание – пираты последнее время лютуют. К тому же, лучше мне не пересекать Арзалию, – доводы казались слабыми, но они хотя бы были.
– Как хочешь, – пожал он плечами, – но в Яроше никакой волшебной палочки. И, что ты ни придумывала, с собой я тебя не возьму – там общество другое.
– Как угодно, – проворчала я.
А дальше предстояло найти предлог оставаться с ним как можно дольше, и это было невероятно трудно.
Глава 19
В посольстве мы провели два дня, за которые я успела нажаловаться Аурелию на Лейфа, но выхода никто из нас не нашёл. Посол, конечно, порывался поговорить с ним лично, но мне потребовалось только покрутить пальцем у виска, чтобы он понял всю безнадёжность затеи. С Лейфом мне лучше разбираться самостоятельно, а он, как назло, не хотел со мной даже разговаривать, будто я в чём-то провинилась.
Зато охотиться в яблоневом саду мне теперь никто не мешал, правда, кроме яблок там ничего интересного не нашлось, а трогать Аурелия и Катарину я побаивалась. И я сидела на улице вечерами, даже не зная, чего хочу. В принципе, не так страшно вернуться в Ромарию, но отчего-то обидно. Уже и платье новое красивое, и драгоценности посол отправил с нарочным в дом Вильфрида, а я всё не хотела ехать следом.
Корабли, которые один за другим уходили в Ярош, не горели желанием брать нас на борт, но с одним капитаном Лейфу удалось договориться, однако я чудесным образом оказалась госпожой, которой надо добраться в Ярош, а он – моим телохранителем. И ещё, что возмущало меня больше всего, он без моего ведома продал Вампира, сказав, что на другом берегу купит нового коня. А нужен ли мне кто-то другой, он не спросил! С этим мы уже «сошлись характерами».
Так что сейчас я стояла на палубе корабля и злилась, потому что больше ничего не могла сделать. Матросы косо поглядывали в мою сторону, стараясь отделаться от предубеждений о женщинах на корабле. У них для этого звенело достаточно золота в кошельках. Лейф вообще не обращал на меня внимания, не то злясь на моё поведение, не то раздумывая насчёт политических проблем.
Оставалось только ждать и невозможные выдумывать варианты, пока мы не окажемся на берегу. Упрашивать – бесполезно, заколдовывать – неэффективно. Умных идей не находилось вообще. Я в очередной раз сильно прикусила губу, почти до крови. У кого-то песчинки в часах, а у меня волны за бортом.
Я увидела корабль вдали не намного раньше, чем матросы закричали: «Пираты». Почему-то я не волновалась, пока на палубе не началась назойливая суета. Стоило взять себя в руки. Пираты – это не соседи, ворующие в огороде. Но когда я уже наметила себе уголок, чтоб оттуда стрелять, подбежал кто-то из команды:
– Госпожа, пираты. Давайте-ка в каюту.
Я бы попробовала отвертеться, но как чёрт из табакерки за его спиной появился Лейф и потребовал:
– Графиня, пожалуйте в каюту.
Я на всякий случай отступила на шаг. Больше ничего сделать не успела, как он схватил меня за локоть и оттащил от борта. Настроение у него оказалось не самое приятное, саблю он уже держал в руке. Я хотела заметить, что тоже могу сражаться и получше некоторых, но он заговорил первым, мешая мне высказаться: