– Если тебе не трудно, посиди тихо, хорошо? Я не думаю, что случиться что-то серьёзное, поэтому не стоит показывать всем, что твоя палка не пустая блажь изнеженной аристократки.
Отвечать не захотелось, да и мы почти пришли. Он буквально закинул меня в каюту, захлопнув дверь. Что ж, если ему так хочется, то может сколько угодно геройствовать, я буду здесь, даже если весь корабль захватят!
Шаг за шагом я мерила «каморку», с каждым поворотом набирая скорость, и поглядывала на дверь очень внимательно. Тяжело давалось «посиди тихо», переживания так и подначивали. Когда корабль тряхнуло так, что я упала, терпение лопнуло – я рванула наружу. Мне тоже не с руки попадать в плен неизвестно к кому, глупо просить меня подождать. На что Лейф вообще надеялся, не заперев дверь каюты?
Я выскочила, взобравшись на ближайшее возвышение. Пиратский корабль был уже почти рядом, абордажные крюки свистели в воздухе один за другим, цепляясь и подтягивая судна друг к другу. В первый раз я промазала из-за жуткой качки, не сумев пробить борт на нужном уровне. Палочка снова была наготове, я попыталась встать поудобнее, прицеливаясь. У меня были неплохие шансы потопить пиратский корабль, но меня ударили в спину. Словно искры посыпались из глаз, я судорожно вздохнула, пошатнулась и, закрыв глаза от страха, скатилась по лесенке с возвышения. Тупой болью горела вся спина, но я сумела быстро приподняться, чтобы встретить следующий удар дубины щитом.
– Ведьма! – орал благим матом матрос.
Вот уж никак не могла предположить, что столкнусь именно с этой проблемой, греша постоянно на осиновый кол. Матрос бил с такой силой и скоростью, что я не могла сменить заклинание, пока он не выдохнется. Пираты уже прорвались на корабль, беспощадно рубя и скручивая нашу команду. Придурка, который нападал на меня, вывели из строя быстро, но стоило мне обрадоваться, как голова затрещала от боли, перед глазами все смешалось в бессвязный ком цветных разводов, а потом и вовсе потемнело.
Затылок болел – казалось, на нем выросла огромная шишка, которую лучше не трогать даже подушкой. Я устало приподнялась на локтях, оглядывая просторное для корабля помещение. Из мебели нашлась только не слишком мягкая кровать, несколько сундуков, письменный стол и лампа. Полки заполняли статуэтки: золотые и с вставками драгоценных камней. Одну стену завешивал гобелен с изображением местного моря. Роскошь выглядела дешёвой и немного безвкусной, и казалось, я нахожусь в кладовке.
– Я уж не думал, что ты очнёшься, – хриплый голос доносился из тёмного угла. Лампа стояла ближе ко мне, скрывая собеседника, зато освещая каждое моё движение. – Между прочим, почти сутки провалялась, заняв мою кровать.
– Почему же не скинул? – неучтиво ответила я.
– Слишком ты хорошенькая. К тому же, такую занятную мелодию насвистывала, пока спала, что мне не хотелось тебя тревожить, – голос смеялся, я тоже ехидно улыбнулась. – Можно сказать, ты меня заворожила.
Конечно, заворожила, придурок! Вампирка чувствовала кровь, которую не могла выпить. Даже в бессознательном состоянии я пыталась гипнозом добраться до своей порции бездарно проливаемой этими иродами, у меня обострились инстинкты. Поэтому-то пират и нянькается со мной, и я по той же причине такая бесстрашная.
– Кто ты? – решила я уточнить, кого поймала на крючок.
– Я капитан этого судна. А ты – моя пленница.
Он коварно улыбнулся, встал и неспешно подошёл к кровати.
В неярком свете лампы я смогла разглядеть резкие черты лица, чёрные, словно смоль, волосы и шрам на правой щеке. Ему было за тридцать, и он, наверняка пользовался популярностью среди женщин. Если бы передо мной поставили его и Лейфа и сказали бы, выбирай, я бы серьёзно задумалась, особенно помня вредный характер вампира.
– А где моя палочка? – спросила я, поднимаясь с кровати.
– Я её выкинул. Ты моя пленница, зачем тебе палочка?
Капитан подошёл почти вплотную, я отступила на шаг, ближе к двери, желая задать ещё один вопрос. На первый он мне ответил неправильно.
– Где команда корабля, на котором я путешествовала?
– В основном убита. Грош им цена, а проблем как от стаи комаров. Невольничьи рынки сейчас не в моде, приходится довольствоваться выкупами.
Так, если выкупами, то Лейф из них выглядел презентабельнее всех. Значит жив.
– В трюме? – спросила я, словно чувствуя присутствие вампира где-то недалеко.
– А ты догадливая! – хохотнул капитан. Вариантов-то не много. – Впрочем, зачем тебе это знать? Ты всё равно без палочки ничего не сможешь.
Едва сдержала едкую фразу, что даже во сне опасна. Язык так и чесался позлорадствовать и сказать, что я его поймала, а не он меня. Ему бы сбросить меня за борт и бежать на всех парусах, чтоб не догнала. Лаврик знает, на что способна вампирка при запахе дармовой крови.
Я просто шагнула вперёд, обвивая руками его шею и закрывая глаза. Больше разговаривать не о чём, а вот целоваться – приятно. Намёки капитан понимал сразу, особенно такие откровенные. Всё словно поплыло в той темноте, где я сейчас находилась. У капитана был большой стаж и какой-то неповторимый стиль, не способный оставить равнодушной ни одну девушку. Кружилась голова, по телу разлилось тепло, а сердце словно изменило ритм, как будто западая на одной ноте. Лаврик, какого тебя он пират? Если бы я встретила такого мужчину в более приятных обстоятельствах, наверное, наплевала бы на всё.
– Ты горячая, крошка! – с удовлетворением протянул капитан, не отпуская меня из объятий. – Думаю, мы с тобой поладим.
Он хотел снять с меня блузку. Осторожно расстегнул одну пуговицу, но терпения на большее не хватило – остальные полетели на пол, когда он с силой дёрнул за воротник. Хорошо, что жакет я расстегнула ещё на том корабле, а то пришлось бы Лейфу по прибытии разориться на пуговицах. С интересом пират разглядывал нижнее белье, которое притащил мне неугомонный бог, а потом медленно, стараясь прочувствовать, провёл рукой по груди, спрятанной за кружевной вещицей.
– Не хочешь оставить меня себе? – смеясь, спросила я, проверяя, насколько он пропитался гипнозом.
Капитан рассмеялся во весь голос, ничуть не смутив.
– Забавная ты. Прости, но за тебя уже обещали выкуп.
– Ну, на нет и суда нет, – пожала я плечами, наклоняясь к его шее, что-то напела…
Как я вообще могла задуматься остаться с пиратами? Опозорю брата – это ещё ничего. Но вот опозорю Вильфрида, он ко мне Лаврика же приставит вместо личного проповедника. Вряд ли я это переживу.
Кровь струями стекала на мои губы, на язык. Стоило мне оторваться, чтобы сглотнуть, как капитан тут же пришёл в себя – я все же ослабла.
Отскочив на пару шагов, пират достал саблю. Его взгляд судорожно бегал по моим пальцам, глазам, губам, задерживаясь на последних, чтобы с ужасом увидеть слизываемую кровь. Левой рукой мужчина коснулся шеи, чувствуя, как проливается красная жидкость.
– Вампир! – догадался он, делая выпад. Долго думал.
– Прости, – пожала я плечами, затягивая ноту, с которой начиналась моя любимая песня. И вторил ей звон сабли, упавшей на пол, и стук шагов, идущих ко мне с раболепной покорностью.
Сегодня я первый раз захотела убить. Выпить столько, чтобы этот человек уже не смог встать на ноги. Кровь была вкусной, как и его поцелуй, и давала то, по чему я порядком соскучилась. Могущество. Власть. Всесилие.
Тело рухнуло на пол, как только я поняла, что не смогу больше выпить ни капли. Я уже начинала давиться, проливая очень много на пол, на одежду. Оказывается, и крови бывает переизбыток – раньше подобная мысль казалась бредом. Капитан остался бледен и тих, расположившись на полу грубой кучей в тряпье, к которому я сейчас брезговала прикасаться.
Хотелось выйти из каюты и показать всем, на что я способна на самом деле, но разум, пробивающийся сквозь кровавую пелену в сознании, заставил открыть сундук. Не интересно. Второй. Ничего. В третьем поверх всего лежала моя палочка. Конечно, выбросил её этот жадюга.
Одним взмахом я сумела отчистить себя от крови, заплетающимися пальцами застегнула жакет, надела на растрёпанные волосы шляпку, до этого спокойно лежавшую на кровати. Теперь можно идти.