Спорить смысла не было. Хорошо хоть на корабле, который любезно приманил к своему монастырю Лаврик, я смогла остаться самой собой, зато как только мы сошли на берег, нас уже ждала карета, запряжённая двумя конями. Каким-то незнакомым и моим Вампиром. Первый делом, увидев его, я кинулась ему на шею – обниматься.
– Золото ты моё ненаглядное! – приговаривала я, милуясь. – Как же я по тебе за эти пару дней соскучилась! Прелесть ты моя бесстрашная! Представляешь, нас чуть не разлучили?
– Вот почему она меня никогда так не встречает? – задался вопросом Лаврик, в отдалении наблюдая за нашим воссоединением. – Я же тоже прелесть. И тоже бесстрашная. Всегда думал, что я лучше коня.
– У тебя Элеонора есть, – напомнил Лейф, сдружившийся с богом, пока мы добирались до материка.
– А что? Ты бы тоже не отказался? – подначил бог, но вампир, к чести своей, ничего не сказал. – Вообще, если бы Эния ко мне нормально относилась, я бы конечно…
– У тебя Элеонора, – напомнила уже я, перестав делать вид, что их не слышу. Мало ли до чего они так договорятся.
Элеонора так Элеонора – очередной отказ Лаврик принял благодушно, загрузил нас в карету и повёз к своей новой любви. От берега ехать оказалось недолго. Лаврик, развлекаясь, правил повозкой, мы с Лейфом болтали: об экономике, о путешествиях, я, наконец, смогла нажаловаться на Лаврика, высказав всё, что думаю.
После того тяжёлого разговора в монастыре, мы оба к опасной теме не возвращались. Конечно, иногда мне хотелось, чтоб вампир упал на колени и покаялся во всех грехах, но я предпочитала не провоцировать. Капля камень точит – после доводов Лейфа я начинала чувствовать себя виноватой. Немыслимо.
Встретили нас радушно: разместили, накормили, спать уложили. Сама герцогиня Элеонора – невысокая тощая блондинка – всё восторгалась нашим мужеством и сочувствовала, сочувствовала… А я пропускала слова мимо ушей и не могла понять, что Лаврик в ней нашёл?
Слова из герцогини лились как из ведра. Если бы их можно было пропустить через решето и оставить только смысл, едва ли наскреблось на целое предложение. Как она восхваляла своё государство! Я уж почти уверилась, что Лаврик откопал какой-то самородок, спрятанный от мира, но стоило двери за нами с Лейфом закрываться, как вампир выдохнул:
– Ужас. Врёт как дышит. Производства у них нет, путешественники редко приезжают, полезных ископаемых кот наплакал – непонятно вообще за счёт чего живут. А с учётом того, что на карте даже название государства не влезает в границы герцогства, все эти пафосные речи звучат нелепо.
В этот самым момент бог, которого поселили по соседству, появился у нас в комнате. Не мог, что ли, нормально дать поспать? Поздно уже.
– Если честно, – ответила я Лейфу, – дура какая-то! Лаврик, ты уверен, что она тебе нужна?
– Это любовь всей моей жизни! – возмутился бог.
Однако стоило мне вздёрнуть бровь, как он тут же вспомнил, что эту фразу я уже слышала. И не раз. И не два…
– Ну, – смутился он, поняв намёк, – по крайней мере, на ближайшие два дня…
– Тогда это меняет дело, – с издёвкой заявила я.
– Какие у вас планы на завтра? Как начнёте действовать?
– В библиотеку надо заглянуть, раз ты говорил, что там подсказка, – простодушно призналась я.
Полноватое лицо бога за минуту изменило цвет от нежно-розового до тёмно-красного. Кажется, совершенно случайно сумела взбесить его сильнее, чем он меня за все эти годы. Знала б раньше чем!
– Эния, вообще-то вы сюда приехали, чтобы наладить мою личную жизнь.
– Кстати, забыла тебя спросить, – невинно отозвалась я, – почему у тебя не получилось? Заехал бы вот так же, представился индранским принцем…
– Я здесь уже четвёртый раз, – огорошил Лаврик. – Первый приезжал иноземным принцем, второй – бардом, третий – странствующим учёным. Веришь, нет – сегодня на меня впервые хотя бы взглянули. До этого воспринимали как пустое место.
– Интересно как, – озадачилась я.
– А мне-то как интересно!
– Завтра Элеонора обещала званый обед в нашу честь, – вмешался Лейф, у которого план действий уже был. – Сначала посмотрим на её поведение там, послушаем, о чём болтать любит. После этого решим, как привлекать внимание.
– Договорились! – просиял бог, пожелал спокойной ночи и исчез.
Со сном мы тянуть не стали. Уже привычно устроились на одной кровати, раздевшись до нижнего белья, и уснули. В кошмарах мне сегодня явился Лаврик. Он то бросал Элеонору ради меня, то меня ради Элеоноры, танцевал с обеими и лез обниматься. Поэтому от поцелуя в висок я подскочила как от взрыва.
Лейф сидел на корточках рядом с кроватью и недоумённо смотрел на перепуганную меня. В мгновение ока недоумение сменилось досадой, но я не обратила внимания – просто плюхнулась на подушку, схватилась за сердце и простонала:
– Как хорошо, что это ты!
– В смысле? – вмиг развеселился вампир.
– Мне снился Лаврик – я так перепугалась! – призналась я надрывным шёпотом. – Не делай так больше, сначала разбуди. Я должна видеть, с кем целуюсь.
– То есть со мной ты не против?
Первая же попытка придумать красивый и правильный ответ, взбесила так, что я выругалась, встала и заворчала:
– Сначала разбудил, перепугал, теперь странные вопросы задаёшь… Совсем страх потерял! Заколдую и укушу! Нет, сначала укушу, а потом заколдую.
Страшные кары вампира почему-то не впечатлили – он пришёл в прекрасное расположение духа, посоветовал:
– Не злись, солнышко, – и принялся насвистывать задорный мотивчик.
Этот мужчина был отвратительно счастлив.
– Осторожно, обожжёшься, – предупредила я недовольно.
Одна радость – воду для умывания уже принесли. Ей я тут же и воспользовалась, но стоило вытереться, как получила поцелуй в щёку и заверение:
– Да, вроде, не горячая.
Лейф издевался. Я бы отомстила, но спросонья ничего толкового придумать не могла – пришлось оставить как есть и заняться собой. С третьего раза в платье завернулась я уже сноровисто, чуть подвила кудри крупной волной с помощью палочки, обвешалась украшениями, будто праздничная ёлка, и спрятала волшебную принадлежность в длинном рукаве. К счастью, Лаврик о моих запросах знал, поэтому сразу выбрал модель с подходящим карманчиком.
В первой половине дня Элеонора нас принять не могла, поэтому мы прогулялись по саду. Всё бы ничего, но на туфли из одних ремешков на высоченном каблуке я пожаловалась раз двадцать – мужчины аж слушать устали. И я устала – едва не плюхнулась, когда стул увидела.
Обед проходил скучно. Лично я никаких увлечений герцогини не замечала, кроме любви к бесполезным вопросам: она буквально завалила нас. Причём спрашивала о сущих мелочах: планировке домов и масти лошадей. Мои спутники врали как могли. Однако на Лаврика, который заливался соловьём, она обращала куда меньше внимания, чем на Лейфа, коротко отвечавшего со сдержанной улыбкой.
Радовало то, что в беседе я участия не принимала, но счастье длилось недолго – внезапно прилетела расплата.
– Принц Эр, а не могли бы вы с принцессой Лией оказать нам честь и станцевать хали, ваш знаменитый индранский танец? – вдруг попросила Элеонора.
Я насторожилась, но понадеялась на Лейфа – уж он умеет красиво вывернуться. Но нет, этот мужчина радостно согласился и повёл меня в центр танцевальной зоны. Лаврик тоже не спешил на выручку – подсел к герцогине поближе и начал о чём-то воодушевлённо рассказывать. Надежда оставалась только на собственную смекалку.
Вздохнув, я с тяжёлым сердцем принялась караулить нужный момент. И вот, когда Лейф встал в позицию и хотел, чтобы я сделала красивое па, я, развернувшись, сильно припала на правую ногу. Теперь главное не забыть на какую.
Вампир неожиданно подхватил меня, не дав упасть. Я так и замерла в его объятиях, смущённая и поражённая таким вниманием. Гости вскочили со своих мест, Элеонора с Лавриком в момент оказались возле нас.