Обдумать её я сейчас не могла, но на секунду, на одно мгновение представила...
– Ничего бы не было, – внезапно осознала я. – Если бы не та встреча, я бы умерла. А не умерла – вышла бы замуж. Я не стала бы чародейкой, не обратись в вампира. И мы бы никогда не встретились.
– Никогда?
– Никогда, – покачала я головой.
И раз уж всё случилось, раз мне нравится этот мужчина, а он готов меня добиваться, то ради чего я сопротивляюсь? Ради одиночества? Чтоб не обжечься? Проще запереться в четырёх стенах, если я боюсь. Но тогда зачем нужна жизнь? В мире нет ничего вечного, и не смертельно, если чувства остынут, когда мы приедем в Ромарию.
Я наклонилась и медленно поцеловала Лейфа. Отстранилась, отступила на несколько шагов. Сердце трепетало, я сейчас была уже не той Энией, к которой все привыкли. Что-то во мне изменилось.
– Мне надо раздеться. Поможешь? – спросила я, не зная, что ещё могу сказать. Зато уверенная в том, что хочу сделать.
– Эния, – заинтриговано протянул вампир, покорно вставая с постели, – это изощрённая месть?
– Нет. Я… – замялась я и опустила глаза. Никогда ещё себя не предлагала.
Лейф встал у меня за спиной. Губы невесомо, словно крылья бабочки, притронулись к шее. Я подалась вперёд, но вампир перехватил – обнял ладонями за плечи. Лёгкая ткань накидки, не без помощи, скользнула до локтя, обнажая бледную кожу, которой коснулись поцелуй и горячее дыхание. А потом пылающая дорожка поднялась выше, к уху. Лейф чуть прикусил мочку – по телу прокатилась приятная дрожь.
– Я так давно об этом мечтал, – обжёг меня шёпот, сладкой истомой расходясь по телу.
Ноги подкосились, я запрокинула голову и устояла только благодаря поддержке.
– И ты тоже, правда?
Вместо ответа – стон. Взамен разговоров – шуршание иноземного платья, вуалью опадающего на прохладный пол. И нижнее бельё поверх, точно завитки на торте. С моих приоткрытых губ то и дело срывают поцелуи. Сердца колотятся как бешеные – я чувствую не только своё. Кожа горит, требуя прикосновений, но стоит Лейфу дотронуться – словно разряд молнии прошибает насквозь.
Это было безудержно и так естественно. Мы повалились на кровать, прерывая поцелуи лишь для вдохов, чтобы вынырнуть из омута страсти и с жадностью снова пропасть там.
Мгновение, когда наши взгляды встретились, превратилось в секунду, скользнувшую между нами, и растеклось отрезвляющим озерцом минут. Реальность возвращалась, расплетаясь из бешеного клубка по цветным ниточкам: голубые глаза, раскрасневшиеся губы, яркая шершавая одежда между нами.
Она мешала.
Лейф сел, и не сговариваясь мы в четыре руки управились с пуговицами. Пальцы заплетались. Прикосновения к его груди снова дурманили разум. Скинуть рубашку с плеч, проведя ладонями по рукам, он мне позволил, но не более. Освободившись, тут же опрокинул меня на спину, навис сверху. И снова все нитки сплелись в один клубок, собрали бледную кожу, блестящие светлые волосы и пронзительно-голубые глаза.
Он не остановился на поцелуе, быстро и неожиданно прервав его. Стон разочарования превратился в стон блаженства, когда я ощутила прикосновение между ключицами. И ниже, к груди, уже изнемогающей. Я сама подалась навстречу, а Лейф быстро воспользовался этим, порывисто проведя языком по соску. Отпрянула. Вампир, следуя за мной, опустил голову, окутывая краешек груди губами. Вздрогнула, вскрикнула, выгнулась, а он только сильнее придавил меня к кровати. Его рука опустилась на другую грудь, дразня и лаская.
Я окуналась в забвение, не отвечала за себя. Вожделея, подалась бёдрами вперёд. Лейф только засмеялся, не прекращая томительной пытки. Волна пробежала по телу, обжигая каждую клетку. Вампир неожиданно, остановился, перехватив мои беснующиеся руки над головой. На мгновение, будто вынырнув, я испугалась этой несвободы, и тут же вновь растворилась в ощущениях, когда его пальцы скользнули туда, где не дозволено касаться.
Ласка или пытка завораживали. Я потакала его движениям, была ведома им. Стоило отпустить мои руки, как я сразу же зарылась пальцами в белые волосы, беспорядочно перебирая пряди и что-то яростно шепча. А потом Лейф опустился ниже, пальцы сменились дыханием, языком, губами, и мир померк. Сузился до прикосновений.
Я просила, умоляла, прижимала мужчину к себе, блуждая руками по обнажённой коже. А в ответ получала только поцелуи и ласки. Не выдержав, я села на колени и утянула Лейфа за собой. Приникая к его торсу, бесстыдно распутывала завязки на штанах. Вампир засмеялся, схватил меня за подбородок, привлекая к себе. Не помню, кто из нас снял последнюю одежду, разделяющую два горящих тела.
Он оказался во мне в одно мгновение, заставив порывисто вздохнуть и ещё шире раздвинуть ноги. Вампир закинул их себе на плечи. Двигался во мне так же порывисто, как и вошёл. И я хотела этого, неистово подаваясь навстречу при каждом движении. Не могла терпеть, сама притягивая и поторапливая, потерявшись в безумном порыве, пока не выдохнула и не опала, догнав неясную цель.
Лейф опустился рядом, даря последний на сегодня поцелуй. Я перевернулась, прячась от света дрожащей в уголке лампы. Не помню, как заснула, но навсегда запомнила прикосновения нашей кожи этой ночью.
Глава 23
Экипаж тронулся, неудачно проехав колесом по кочке. Подскочив, я проворчала ругательство сквозь зубы, но даже настроение не испортилось. Это был первый дворец, который я покидала без разочарования. Наверное, я даже с ностальгией вспомню время здесь.
Лаврик, сидевший на козлах, во всю махал очередной оставленной любовнице. Но стоило свернуть за поворот, как постучал нам – это было сигналом. Я задёрнула шторы, Лейф вытащил из-под сиденья чемодан с дорожной одеждой.
С удовольствием скинув холодные полупрозрачные тряпки, я переоделась в тёплый костюм. Не столь проворно как обычно – под взглядом Лейфа пальцы не слушались. Так и чудилось невысказанное предложение помочь.
Но кроме этих игривых мыслей больше ничего не изменилось: я не прониклась к Лейфу ни безумной любовью, ни доверием. Всё осталось как прежде, только напряжение между нами уже не висело и с плеч будто свалилась гора мелких отвлекающих проблемок.
Когда я хотела выглянуть в окно и крикнуть Лаврику, что мы готовы, Лейф меня неожиданно перехватил: прижал к стенке и поцеловал настойчиво, требовательно. Я не возражала – любила его поцелуи.
– С ума сойти! Теперь так можно, – восторженно выдохнул вампир, и я рассмеялась.
– Только не злоупотребляй, а то совсем о делах забудешь, – аккуратно щёлкнула я вампира палочкой по носу.
От лёгкой блестящей пыльцы любовник поморщился и чихнул. А потом сам заколотил в стенку кареты. Экипаж встал резко – мы чуть не упали, но Лейф удержал, а потом и выбраться помог. Лаврик уже ждал, нетерпеливо притоптывая ногой и, стоило нам выйти на свет, как начал инструктаж:
– Коней распряжёте сами – ваш третий Вампир меня не любит. Ощущение, что ты его специально на богов науськивала. Поиски амулета остановились на мемориальной аллее в приграничном арзалийском городке Сен-Жанет. Там зашифровано название следующего места. Дальше по цепочке – в конце ждёт амулет. Честно признаюсь, не представляю, сколько вам придётся мотаться по континенту.
Помощи в крайнем случае бог нам не предложил – только смотрел хмуро.
– Что там у вас случилось, что ты на следующее же утро умотал? – вдруг поинтересовалась я, и Лаврик раздосадовано проворчал:
– Да что-то по уши мне этой ночи. Она такая… общительная в постели оказалась.
Мысленно я похихикала, но чтоб не гневить бога сочувственно посоветовала:
– Сходи к Софии.
– К какой? – встрепенулся Лаврик.
– Не знаю, – смутилась я. – Просто ты всегда возвращался от Софии такой счастливый. Вот я и подумала…
– Это были разные, – внезапно просиял бог, непонятно чему радуясь. – Но за поддержку спасибо. Пойду найду какую-нибудь Софию. И никаких больше Элеонор. А вам хорошей дороги!