- И как же мне войти в них?
Я никак не унимался. Рассматривать отдыхающих людей мне быстро наскучило.
- Как и в любую другую дверь.
- Что-то я не замечал никаких дверей, когда они спали.
- Ты должен представить её и войти. Тогда попадёшь в сон желаемого тебе человека.
- Ну, надо же, как всё просто! Ты прямо ходячая энциклопедия загробной жизни.
- Я не энциклопедия, я...
- Да знаю, знаю, – я поспешил перебить его, – уже десятый раз мне об этом напоминаешь.
- Тогда в чём причина твоих ошибок в том, кто я? – Он медленно повернул ко мне своё белое фарфоровое лицо, заглядывая в глаза.
- Да просто шучу! Понадеялся, что хоть на десятый раз ты поймёшь это. – Отведя глаза в сторону, отмахнулся от него я. Мне отчего-то было трудно смотреть в эти чёрные, как сама ночь, глаза.
- Я...понимаю.
- Мда? Как-то незаметно.
Снова повисло молчание. Дориил так же продолжил смотреть куда-то вдаль, не обращая более на меня внимания. Вдруг на свободную половину нашей скамейки села молодая пара. Парень задорно пытался посадить девушку на свои колени, та же, громко смеясь, била его кулачками в грудь. В этой возне они едва не дотрагивались до Дориила, который никак не реагировал. Справившись, наконец, с девушкой, парень крепко прижал её к себе и поспешил поцеловать. Я отодвинулся на самый край: носки туфель девушки едва не доставали мне до лица. У Дориила же её ноги мельтешили прямо перед носом, я даже подивился такой выдержке ангела, который, несмотря ни на что, всё так же смотрел прямо перед собой.
Пытаясь следовать примеру моего спутника, я так же уставился на дерево впереди, однако краем глаза всё же заметил ладонь парня, которая начала подниматься от колена по внутренней стороне бедра девушки. Воздух вокруг наполнил приторный запах гниющего яблока, а от пары во все стороны распространялось тёмно-пурпурное марево с лёгким фиолетовым оттенком непонятной мне злости.
Не выдержав, я встал со скамейки.
- Ладно, ты отдыхай тут, а я пока испробую твой совет насчёт двери. – Я быстро посмотрел на Дориила, стараясь не глядеть, чем занимается эта парочка. – Покеда, в общем.
Не ожидая ответа, я быстро засеменил в сторону подальше от скамейки, но через десяток шагов всё же обернулся: Дориила уже не было.
На часах в комнате Сони было уже без пяти минут полночь, когда я всё же решился открыть дверь в мир её снов. Она спала так же, как и последние двенадцать дней: не раздеваясь, без подушки, на смятом покрывале. Её кисть то и дело сжимала толстую ткань. Я со страхом заметил, что на правой руке не осталось ни одного целого ногтя – все были сломаны. Именно из-за этого я провёл в комнате больше часа, не решаясь заглянуть в её сон. Что если там нет места для меня? И моё появление только усугубит её и без того тяжёлое настроение.
Дверь, которую мне обрисовал Дориил, на самом деле была больше похожа на окно, за которым не видно ничего, кроме мутных разноцветных пятен сменяющих друг друга, как на испорченной киноленте. Или, может быть, это я себе так представил эту “дверь”.
Досчитав до трёх, я шагнул внутрь.
Тусклый свет настольной лампы в комнате Сони сменился холодным тёмным коридором неизвестного мне дома. Окна на правой стене были плотно занавешены, а свет погашен, и я едва смог различить дверь на противоположной мне стороне. В полной тишине и кромешной тьме всё это выглядело пугающе. Обернувшись, я увидел лишь мрак, и рассмотреть, что находилось позади меня, не представлялось возможным.
- Соня.
От моего голоса вдруг слегка шевельнулись шторы, как от лёгкого сквозняка.
- Соня, где ты? – Я чуть прибавил голос.
Она не отзывалась. Медленно ступая по тёмному ковру, я направился к двери. Звука моих шагов не было.
- Соня, ты здесь? – Спросил я, стоя уже у двери и прислушиваясь.
Вдруг, где-то за дверью послышался лёгкий шорох и всхлип.
- Уходите... прошу... – Она говорила слабо и едва различимо.
- Это я, Марк!
Из-за двери послышался плач.
- Оставьте меня, пожалуйста... – Снова всхлипы.
Не имея сил больше терпеть, я медленно повернул ручку и открыл дверь.
Комната освещалась лишь одним светильником с одной крошечной лампочкой. Большую часть занимал какой-то мусор из сломанных стульев, столов, кресел и прочего хлама, который можно было найти только на чердаках старых домов. На крошечном островке, свободном от обломков, прижавшись к стене, сидела Соня. На ней была лишь какая-то уже выцветшая и растянутая бледно-розовая ночнушка. Подтянув колени к себе, она уткнулась в них лицом. Её плечи мелко и часто дрожали.