- От тебя можно и такого ожидать. – Буркнул себе под нос я.
- Расслабься, это я пришёл тебя проводить. – Он, широко улыбаясь, подошёл ближе. – Прощай друг.
- А мы что, уже друзья? – Я ответил той же улыбкой.
- Дольше, чем ты думаешь.
- И что, на этом всё? Мы больше не увидимся?
- Как знать. – Он коротко пожал плечами. – Ну, не заставляй ждать нашего белокрылого, а то он разревётся скоро.
Я посмотрел на Дориила, пытаясь разглядеть хоть какие-то эмоции на его лице.
- Так что мне нужно сделать?
- Просто скажи да и возьми мою руку. – При этих словах он протянул свою белую с тонкими длинными пальцами ладонь.
- Ясно.
Я ещё раз посмотрел на горизонт. Солнце всё так же поднималось, стараясь как можно быстрее подарить свои лучи земле. Неожиданно, я почувствовал на лице его приятное тепло, будто оно тоже пришло проводить меня.
- Я согласен, прощай Сириель.
Я обернулся, чтобы сказать ему это, но Третьего уже нигде не было. Я вопросительно посмотрел на Дориила, но тот всё так же молча ждал моего последнего действия, превратившись в гипсовую статую. Секунда промедления и я крепко сжал его протянутую ладонь.
Тут же всё вокруг смешалось и превратилось в длинную вертикальную полосу света. Нас будто выстрелили из пушки желая сбить нами дальнюю планету, превратив в сгусток энергии. Я не видел ничего кроме ослепительного света вокруг и разноцветных пятен, похожих на обрывки воспоминаний или даже целых жизней. Они проносились мимо со скоростью пули, и их было тысячи, десятки тысяч. Казалось, что если задержусь возле одного из них хотя бы на долю секунды, то успею прожить его.
Неожиданно, всё прекратилось, и наступила темнота. Я больше не сжимал ладонь Дориила и не чувствовал его рядом с собой. Лишь спустя несколько секунд, а может и часов, когда я, наконец, принял свою прежнюю форму, смог открыть глаза.
Я стоял на уходящем за горизонт зелёном лугу. Все цвета вокруг будто стали ярче и насыщеннее, словно изменили контраст. Солнце в зените, голубое небо с редкими облаками.
- Где я? – Даже мой голос прозвучал иначе, будто очистившись от примесей.
С некоторой оторопью я осмотрелся. Из общего пейзажа выделялся только огромный пышный дуб, способный накрыть своей тенью целый дом. Медленно подошёл к нему, стараясь привыкнуть к лёгкости своего тела. Проведя по шершавой коре, я улыбнулся, будто прикоснулся к чему-то святому и прекрасному.
- Привет. – Прозвучал сзади чей-то робкий голос.
Я обернулся, всматриваясь в светловолосую девушку невысокого роста, с любопытством рассматривавшую меня.
- Привет. – Неуверенно ответил я.
- Как тебя зовут? – Я посмотрел в её ярко-голубые глаза, невольно залюбовавшись.
- Марк... а тебя?
- Ангела. – Она мило улыбнулась и, подойдя ближе, протянула свою маленькую ладошку. – И откуда ты такой?
Линия третья (Эпилог)
Третья линия горизонта.
Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя...
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.
И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.
И. Анненский
Ещё секунду я вдавливал кончик карандаша, в лист бумаги, чувствуя, как он медленно входит в толстую стопку. Точка получилась неестественно большой и жирной, оставляя свой след на предыдущих эпизодах. Я улыбался, смотря на неё. Для меня эта история закончилась, всё плохое я оставил на этих листах, а хорошее, в любой момент могу пережить снова. Внутри, словно стало светлее и опрятнее.
“Всё уместилось здесь, а новое... для него у меня впереди целая вечность”
Осторожно отложив карандаш в сторону, я поднял голову, жадно отыскивая взглядом Ангелу. На поляне её не оказалось. Встав из-за стола, я быстрым шагом направился вдоль ручейка, внимательно рассматривая то осенний, то весенний лес. Под ногами время от времени скрипел снег, а журчание ручья подстёгивало идти быстрее, словно предлагая посоревноваться в скорости. Мне хотелось поскорее найти её, сказать, что закончил то, чего не смог добиться в прошлой жизни.
“Уверен, она будет только рада, узнав, что я, наконец, перестану сидеть за письменным столом, и буду проводить с ней больше времени. Перестанет постоянно дуться и обижаться на меня за это. Интересно, сколько я писал? Уже давно перестал вести счёт времени, наверное, несколько дней. А может месяц? Или год?”