– Так и будешь занимать да выплачивать? – Боярин скорбно покачал головой. – Разоришься вконец. Приехал я, чтобы уладить всё по-хорошему. Коли отдавать нечем – решим дело иначе. У вас – товар, у нас – купец. Отдай за моего младшего сына дочку, на том и сочтёмся.
Марика тихо ахнула, и все трое гостей с подозрением покосились на расписной кованый сундук.
– А в приданое хочешь землю? – поинтересовалась матушка.
– Так она единственная наследница Владислава, – согласился Матвей. – А о себе не беспокойся. Будешь здесь жить до самого твоего конца и дом вести.
– Спасибо на добром слове. – Матушка чуть заметно улыбнулась краешком губ. – Только по завещанию мужа я и так распоряжаюсь всем имуществом дочери до своей смерти.
– Так никто препятствовать тебе и не собирается, – заверил её боярин. – Распоряжайся. Мне есть куда сына с женой сейчас пристроить.
За столом наступило молчание. Матушка сидела, опустив глаза.
– Решайся, Василиса Велеславовна, – подстегнул её гость. – Знаешь же, что могу сыну лучше невесту подыскать, тебе второй раз не предложу.
– Можешь. Знаю, – согласилась матушка. – Да уж больно хочешь мою землю к своей присоединить. По-соседски.
– Так и есть, - не стал отрицать гость, – иначе здесь не сидел бы. Да разве плох мой сын для твоей дочери? – усмехнулся он. – О чём тебе тут раздумывать?
Марика взглянула на парня. Красавцем он не был, но и отвращения не вызывал. Однако более отрешенного выражения лица, чем наблюдалось у него сейчас, представить себе было сложно. Точно не о нём и речь. На этой ли женят, на другой – всё одно.
Матушка тем временем коротко вздохнула и, к полной неожиданности Марики, ответила:
– Хорошо, Матвей Всеславович, я согласна.
4. Нежданный гость
У Марики чуть было не вырвался протестующий возглас, но она настолько задохнулась от возмущения, что получился только какой-то сдавленный писк. Трое опять покосились на сундук.
- Добро, – произнёс боярин, отрывая взгляд от издающего звуки предмета обстановки и поворачиваясь к хозяйке. – Не сомневался, что мы поладим.
– Подожди, батюшка, – вдруг решительно вмешалась его супруга. – Может, и не поладим ещё. Невесту для начала нужно посмотреть.
Боярин огладил бороду и кивнул:
– Варвара Бориславовна права, соседка. Приведи сюда дочку.
– Дочка в тереме, – ответила матушка. – Чужим на глаза не показывается.
– Так чужим и не надо, тут всё верно, – усмехнулся будущий свёкр.
– Ты как хочешь соседка, – продолжила гостья, – не посмотрев – не возьмём. Вдруг невеста кривая, или хромая?
– Твоя жена может подняться и посмотреть на неё в светлице, – ответила матушка ровно, обращаясь к боярину.
Тот кивнул, соглашаясь.
– В таком случае покину вас, гости дорогие, – матушка встала из-за стола. – Не ждали мы сватов, и дочку мне нужно подготовить для смотрин…
Дальше Марика слушать не стала – быстро поднялась на ноги и бодрым шагом вышла из горницы, на пороге обернувшись, чтобы увидеть, как ошеломленные гости провожают взглядом невидимого ходока, звук шагов которого только что слышался в комнате.
Поднявшись к себе, она дождалась мать.
– Матушка! – бросилась к ней Марика, едва женщина вошла в горницу. – Вотчина-то стоит поболее нашего долга! Дядька Матвей хорош о своих интересах печься, да зачем же ты соглашаешься?!
– Уймись, – матушка положила руки ей на плечи. – Он – о своих, а я – о твоих интересах пекусь. Коли выбирать – связываться ли с разбойниками или войти женой в честный дом – думать тут нечего.
– Но меня запрут в тереме. По-настоящему, – Марику охватила паника.
– Это в столице женщин прячут, здесь всё не будет так строго. Видишь – Варвара с мужем приехала.
– То есть, годам к пятидесяти выпустят?
– Ты привыкла к вольной жизни, но у неё есть цена, Марика. Ты сама сказала, что лесной подданной становиться не будешь. Если ты так решила, то уже сделала выбор.
– Я сбегу, – подумав, ответила Марика.
– Уходи хоть сейчас. Но лес затянет тебя, съест и переварит, ты растворишься в нём. Вернуться к людям уже не сможешь никогда. Выбирай быстрее, пока есть время передумать.