Танец девушки-стрекозы внезапно прервался. Стремительно перебирая крыльями, она скрылась в искрящемся облаке, а перед Марикой вновь предстал рой золотых светлячков. Он помчался вглубь разлившегося над травой разноцветного огненного моря, зовя за собой, и Марика опять побежала.
Светлячки вывели её к реке. По воде, устремляясь вперёд, набирая скорость, кружась и замедляясь, плыли золотые огни. Бросившись в воду с разбегу, Марика превратилась в один из них. Теперь она сама горела золотым светом и плыла, подчиняясь потоку, лавируя среди бегущих по поверхности воды звёзд, и кружилась в маленьких водоворотах, попадавшихся ей на пути. С течением времени водовороты встречались чаще и всё больше увеличивались в размерах. Внезапно один из них, наиболее сильный и вбиравший в себя все проплывавшие мимо него огоньки, захватил её, закружил бешеной каруселью и стал затягивать в центр себя. Не пытаясь сопротивляться, Марика летела внутри золотого вихря и в какой-то момент, оказавшись в середине водоворота, начала кружиться вокруг своей оси. Водоворот отпустил её неожиданно. Сделав несколько кругов по инерции, Марика вырвалась и поплыла дальше.
Впереди река обрывалась, срываясь с высоты водопадом, и Марика в звёздном потоке рухнула вниз. Она летела, погружённая в струи воды, сталкивалась со своими падающими горящими золотом товарками, отчего они вместе вспыхивали большой звездой; затем расходилась с ними и продолжала полёт в одиночестве.
Тот момент, когда её звезда упала на землю, Марика не осознала. Она вдруг оказалась вдали от водопада, стоящей напротив него и наблюдающей за стремительно стекающим вниз звёздным потоком. Наверху, там, откуда обрушивалась на землю вода, растекалось над поверхностью обрыва искрящееся красно-оранжево-голубое огненное облако. Картина была завораживающей. Марика продолжала стоять, впитывая её в себя, и вдруг почувствовала прикосновение к своей руке. Оглянувшись, она увидела рядом с собой Ивана. Взяв её за руку, он некоторое время вглядывался ей в глаза, а затем повернулся к водопаду. Они оба стояли молча, устремив взгляд на срывающиеся сверху и мечущиеся в потоках воды золотые звёзды.
Водопад постепенно стал таять, и Марика вновь вернулась в драконий зал. Дракон, сидевший напротив неё, был бледен и смотрел на невесту свою безотрывно. Не раздумывая ни минуты и не давая себе передышки, Марика бросилась оземь, обернувшись голубицей. Чёрная птица с переливающейся синим цветом шейкой в мгновение вспорхнула под потолок. Люди застыли в изумлении, и она стремительно полетела к окну в надежде успеть вылететь из замка, пока никто не сообразил выхватить из ножен меч. Мысль о колдуне, которому меч не требовался для того, чтобы остановить её, не давала ей покоя. Но даже если он в зале и присутствовал, теперь уже можно было уверенно говорить о том, что не превосходила его сила силы крови Ринкиной, раз не смог он до сих пор её разоблачить. Впитанную в платок кровь всё ещё можно было использовать для не слишком энергозатратных заклинаний, и Марика воспользовалась этим, чтобы не быть раскрытой во время танца. Однако сейчас, будучи птицей, была она уязвима, и только быстрота собственных действий и растерянность окружающих, не пришедших ещё в себя после танца, могли спасти её.
Устремившись к предрассветному небу в окне, Марика уже слышала внизу позади себя гул голосов. Среди них она разобрала явственный вскрик:
– Чёрная голубица!
Окна она достигла, но внезапно повернула обратно. Кружа под потолком, Марика старалась отыскать взглядом того, кто кричал. Много времени ей на это не потребовалось. У входа в зал, рядом с одним из драконьих воинов, который, к слову, был вооружён и абсолютно трезв, стоял Иван. Руки его были связаны. Высоко вскинув голову, он следил за её полётом.