Дракон засмеялся.
– Сговорчивее будут, если увидят, что сына княжеского вызволять скорее нужно, – оскалился он.
После этого велел дракон отвести её на четвёртый этаж замка, разместить в одной из свободных спален да запереть там. Оказавшись в комнате, Марика вернула себе свою внешность, а затем рухнула на стоявшую в центре спальни кровать и тотчас уснула.
Теперь же, проснувшись и вспомнив в деталях прошедшие события, бросилась она к окну. Во внутреннем дворе Марика увидела драконьих воинов, ведущих подготовку к защите замка: устанавливали котлы для топки жира, рубили дрова, таскали воду, катили какие-то бочки. Собранные вчера на праздник местные крестьяне помогали им. На стенах замка собралось большое количество воинов. За стенами же, у подножия холма, княжеское войско разбило лагерь. С того места, где стояла Марика, она видела несколько шатров и расхаживающих меж ними людей. Рядом с шатрами были разведены костры, и несколько человек в кольчугах несли из леса большие охапки хвороста, другие – тащили срубленные стволы деревьев.
Внезапно к окну подлетел сизый голубь и сел прямо перед ней на каменную кладку, из которой торчали металлические прутья оконной решетки. Повернувшись к Марике в профиль и курлыча, стал он посматривать на девушку синим глазом. Марика отступила вглубь комнаты.
– Доброе утро, дедушка, – сказала она.
Голубь впорхнул в комнату, бросился оземь и превратился в деда Велеслава.
– Так день уже, внученька, – посмеиваясь, сказал он. – Доброго дня тебе. Долго же ты спала.
– Всю ночь глаз не сомкнула, – поведала ему Марика. – Вот и уснула крепко теперь.
– Видел, – закивал Велеслав. – И как спала здесь всё утро, и как на свадьбе драконьей гуляла. Чью же кровь ты использовала?
– Ринкину, – ничуть не смущаясь, ответила Марика.
– Сильная у Маринки кровь, – согласился Велеслав. – Поделилась она с тобой?
– Поделилась, – кивнула Марика, – не имея на то желания.
Велеслав покачал головой.
– Ну да ладно, – сказал он, – отношения твои с Ринкой потом обсудим. Уходить отсюда надобно. В темнице они тебя не заперли, так что улететь нам труда не составит. Обернись-ка голубицей, вместе улетим.
– Никуда я не полечу, – решительно ответила Марика, вздёрнув подбородок, – пока княжича из замка не выведу.
– О княжиче есть кому позаботиться, – насупился дед. – Вон у него под стенами – тьма защитников. Найдётся и без тебя кому его вывести.
– Помоги, дедушка, – стала ластиться к нему Марика, проигнорировав упоминание о княжеском войске. – В темнице он, в цепях. Подскажи, как попасть туда да как нам выбраться.
Дед Велеслав рассердился.
– Пожалел я, что уговорила ты меня в прошлый раз, – сурово произнёс он. – Прознал хозяин замка об участии моём в побеге невесты его, теперь житья не даст. Не жди от меня больше для княжича помощи. Сам он выберется, а я за внучкой пришёл.
– Никуда не пойду без княжича, – упрямо ответила ему Марика.
Велеслав злился и хмурился, но тем не менее взялся терпеливо объяснять:
– Даже если сумеешь вывести ты из темницы его, что вовсе может и не случиться, ведь заложник он здесь и охрана серьёзная к нему приставлена, то из крепости его не выведешь. Знает дракон про то, что через подземный ход невесту его уводили, и защищено подземелье это теперь крепко. Ловушек колдовских да человеческих там понаставлено. Не сунуться туда человеку, и живым на поверхность не выйти.
– Пришли мне метлу свою, – попросила Марика.
– Вас с княжичем вдвоём на метле не выпустят, – разочаровал её дедушка. – Увидят драконы. Только если ещё раз сможешь кровь Ринкину использовать.
Марика покачала головой.
– На весь полёт может и не хватить уже силы её. Мало там.
– Вот видишь, – Велеслав вздохнул с облегчением. – Уходить тебе одной надобно. Сейчас и не мешкая. А об освобождении княжича договорятся воины отца его.
Марика молчала, опустив голову.
– Не тронут они княжича, – уверил её дед. – Не причинят вреда ему. Ценный больно пленник. Договорятся о выкупе за него – отпустят.