В зале шёл военный совет, и Марику туда не пустили. Она вышла во внутренний двор. Прогулявшись среди княжеских ратников дозорных и драконьей челяди, которая занималась своими обычными повседневными делами, не обращая внимания на захватчиков, Марика навела на себя заклятие невидимости и вернулась обратно. Пройдя в зал мимо стражи, она уселась на одну из лавок и вновь сделалась видимой.
Заметили её не сразу. Командование княжеское было увлечено обсуждением дальнейших планов и дележа драконьих сокровищ. Княжич восседал в драконьем кресле, которое уже вернули на своё место. Увидев Марику, он подозвал её к себе и усадил рядом.
– Чего хочешь ты, девица, в награду за помощь свою? – спросил он её.
– Не надобно мне награды никакой, – пожала плечами Марика. – По доброте сердца своего помогла тебе, – не стала она скромничать.
Княжич рассмеялся добродушно.
– Верно, сердце у тебя доброе, – он лукаво прищурился. – Коли не говоришь, тогда сам решу, как наградить тебя.
– Возражать не буду, – сказала Марика. – А сейчас пришла попрощаться с тобой.
– Расстаться со мной хочешь, Марика? – удивился княжич.
Она кивнула.
– Домой мне пора. Заждалась меня моя бабушка, – ответила она. – Проводник тебе боле не надобен, стало быть, могу покинуть тебя с чистой совестью.
Лицо княжича стало суровым.
– Как же вернуться ты надумала? – спросил он, хмуря брови. – Далеко отсюда до твоей бабушки.
– А тем же самым способом, что и добрались мы с тобой сюда, – беспечно ответила Марика. – Быстро получится.
– Не могу я тебе воспрепятствовать, – помедлив, ответил княжич. – Да только прошу с отъездом своим повременить. Отправлюсь я скоро к отцу моему. И тебя до дому довезу. Будем дольше ехать, чем сюда добирались мы с тобой, да зато поедешь с комфортом и под охраной, как честной девице и положено. Позабочусь о тебе.
– Хорошо, княжич, поеду с тобой, – ответила она, считая, впрочем, что никакой необходимости в путешествии том нет, а прекрасно она долетела бы до прилесья на метле в одиночестве часов за десять-двенадцать вместо нескольких суток тряской дороги.
«Ох и слабы же сердца девичьи», – вздохнув про себя, подумала Марика.
С одной из лавок, где сидели приглашённые на совет княжеские воины, раздался возмущённый возглас:
– Побойся Бога, княжич!
Марика посмотрела на говорившего. Был это тот самый богатырь, который приходил к дракону с посольством для ведения переговоров.
– Девица-то эта – колдунья драконья, – продолжал богатырь. – Запамятовал ты, как сидела с ними рядышком да с хозяином здешним разговоры вела. На допросе рыцари как один показали, что нанял её дракон, чтобы замок свой колдовством защищать да войско княжеское сгубить. Платил ей золотом.
– Никогда не злоумышляла против тебя, – вдруг громко заявила Марика, вздёрнув подбородок и глядя княжичу в глаза. – Что до денег – ни монеты от него не видела.
Княжич улыбнулся и ответил ей:
– Верю тебе, Марика, – твёрдо сказал он. – И в мыслях не было, что могла ты против меня злоумышлять.
– Так ведь колдунья она! – не унимался богатырь.
Среди воинов княжеских начались волнения, кто-то стал вторить богатырю.
– Допрошенные сказывали, что дракон колдуньей великой её называл. Предлагал ей деньги большие за службу ему, – попытался открыть глаза княжичу один из них. – В темницу бы её да допросить.
– Девица сия честная, – резко ответил княжич. – Обсуждению сие не подлежит. Знаю, о чём говорю. Что дракон себе придумал – то ошибка его, а коли было бы так, как поведал ты, то не сидели б мы здесь, а были бы уже давно колдуньей великой погублены.