– Пойдём, дорогая, заждались нас уже, – вздохнула она.
Прочитав заклинание и сделав Марику для людей невидимой, взяла она девушку за руку и направилась к выходу.
Когда в зал они вошли, отпустила Ринка руку Марикину, и двери за ними захлопнулись. Проследовала ведьма к трону Кощееву, где восседал он с лицом надменным. Рядом уже второй трон находился, куда и села она. Марика же подошла к Ивану поближе. Стоял он напротив Кощея и смотрел на Ринку безотрывно.
– Встречай, невеста моя любезная, гостя нашего незваного, – сказал ведьме Кощей. – За тобой, говорит, пришёл. Выручать тебя, – он усмехнулся. – Только миру всему известно, что невестам сына княжеского старшего счёту нет, так что, думаю я, и тебя невестой своей сделать он очередной вознамерился, не признается только.
Улыбнулся колдун широко ведьме, затем поглядел многозначительно на связанную Марику и вновь обратился к княжичу.
– Сколько невест-то у тебя, княжич? – со скучающим видом спросил он его. – Боярышня Ярослава? Али Лукерья? Али боярышня Марья? На ком жениться-то ты собрался? Приходил ты ко мне, помнится, за боярышней Ярославой, погром устроил в тереме. А слышал я, на отборе выбрал ты боярышню Лукерью. А теперь тебе боярышню Марью подавай, невесту мою? Уж не на всех ли разом решил жениться ты?
«Басурманин какой», – покачала головой Марика.
Княжич не стал отвечать ему. Обратился он к ведьме.
– Здравствуй, Марика, – сказал ей.
– И тебе день добрый, молодец, – холодно отозвалась ведьма.
– Отпускает тебя хозяин дворца сего, слово мне дал, – продолжил княжич. – Пойдешь ли со мной?
– По своей воле пришла я во дворец сей, – громко заявила ведьма, – и никуда не пойду отсюда. Женой стану Кощеевой.
– Хочешь ты этого? – спросил Иван, вглядываясь ей в глаза.
– Люблю жениха своего, – отрезала она. – Только за него замуж и пойду.
Руки у Марики были связаны, так она ногой по полу от злости топнула. Не услышал то Иван, Кощей же бросил на неё взгляд и улыбнулся тихонько.
– Уяснил ли ты слова сии, юноша? – сказал он княжичу. – Напрасно ты пришёл сюда да со мной спорил. По своей воле здесь находится девица. Неужто силой уволочь её хочешь?
– Силой девиц не уволакивал никогда, – ответил княжич, гневно глядя на Ринку.
– Вот и правильно, – согласился Кощей. – Слово тебе дал я Марью отпустить, и, раз все испытания ты мои прошёл, сдержал бы его, коли б невеста моя идти с тобой была расположена. Но выгонять насильно её не буду.
– Колдовство это твоё, – убеждённо сказал Иван. – Обманываешь меня. Заколдовал Марику.
Кощей покачал головой.
– Для чего мне колдунью заколдовывать? – веско произнёс он. – Или не знал ты? Ведьма она лесная. Колдунье за колдуном замужем быть. Ты же найди себе невесту четвёртую, человеческую. На сей раз, может, повезёт тебе.
Всматривалась Марика в лицо княжича с ужасом да ждала, что скажет он. Но Иван молчал. Мрачнело лицо его, но ни единого слова им произнесено не было.
– Вот видишь, – сказал Кощей, – и сам ты, как недавно мы с тобой выяснили, о том догадывался.
42. Совещание
Двумя днями ранее в избушке Яги собрались трое и кот. За столом своим сидела хозяйка, напротив неё – княжич с Вешем, кот же разместился на печи и на беседующих глядел внимательно. Княжича Веш обнаружил в лесу блуждающим, исполняющим танец лесной. Не пускала его Яга. Забрал он его и прямо в избу на курьих ногах доставил. Затем вызвал он бабушку Марикину для разговора серьёзного.
– Что хотите от меня, ироды? – уставившись на них белесыми глазами, шамкала Яга. – Не знаю я ничего.
– Внучку свою не жалеешь, – веско говорил Веш. – И не совестно тебе?
– Не внучка она мне вовсе, – хмурилась старуха. – Родственница дальняя.
– Как по дому тебе и в лесу помогать – так внучка. А как ей помочь – родственница? – стыдил Веш.
– Во владениях колдуна взялась она своевольничать, – протестовала Яга. – Ничем помочь нельзя ей. Как решит её наказать – так и сделает.
– Как же может наказать он её? – спросил княжич.
– Да в деревце превратит, – пожала Яга плечами. – Лет на двадцать. И будет она стоять, коли не срубит никто.