Княжич тем временем к Велеславу обратился.
– Веша ли волк был, что яйцо с иглой Кощеевой мне принёс? – спросил он.
– Его. А сова, что с мечом к тебе прилетела, моя, – ответил Велеслав.
– Благодарю вас обоих, – сказал княжич. – Нас с Марикой вы спасли. Где же сундук вы нашли со смертью Кощеевой?
– В моих же владениях был, – рассказал Велеслав. – Знал о нём, да только не знал, что внутри. Прибыл ко мне Веш с дурной новостью. Говорит: «Марика у Кощея в плену, спасать нужно. Будем искать сундук со смертью Кощеевой». В лесу, говорит, нет. Куда бы спрятать мог? Думали, гадали, вариантов несколько проверили, меч нашли волшебный, а сундука нет нигде. Меч с совой тебе отправили посылкою и стали дальше искать. И тут и вспомнил я, что, когда замок драконий возводили, какой-то сундук в подвале замуровали драконы. Решили мы с Вешем посмотреть. Достали его, вскрыли – а там заяц живёхонький сидит. Из зайца утку достали, из неё – яйцо, да с ним Веш к тебе и отправился. Во дворец, видимо, с волком передал. Мы же с Василисой на мётлы сели и к вам полетели.
– Вовремя очень посылки ваши пришли, – признал княжич.
В это время и Веш в избе у Яги появился, сажей перепачканный с головы до ног. Объяснил он, отвечая на вопросы их встревоженные:
– Змей Горыныч во дворец вернулся. Как узнал, что Кощея нет больше и Ринка погибла, так и пожёг он дворец Кощеев от печали своей да ярости. Сам улетел в землю тридевятую. Мне вот пожар тушить пришлось, чтобы на лес огонь не перекинулся. С армией моей лесной сколько воды мы на это дело извели, – качал головой Веш.
– Благодарю за помощь тебя великую, – сказал ему княжич. – Волк твой жизнь мне спас. Как же отправил ты его ко мне? Стража во дворце стояла, да и частоколом он обнесён, внутрь не войти никак.
– Помощь моя Марике была предназначена, – сухо ответил ему Веш. – Волка же моего не увидит никто, коли я не захочу. Даже стража Кощеева. А где пройти – нашёл он. Лаз там собачий есть, знать только нужно.
– Там ты был, когда с Кощеем боролся я? – спросил княжич.
– Поблизости, – ответил Веш уклончиво. – Твой это бой, княжич. Мне там делать было нечего. Своё дело сделал я.
Княжич кивнул.
– Что же после не показался ты нам с Марикой?
Веш угрюмо глянул на него.
– Обнимались больно долго, – рявкнул он.
Матушка посмотрела на Марику удивлённо, Велеслав же брови поднял. Княжич откашлялся.
– У тебя, Велеслав, и у тебя, Василиса, – обратился он сперва к деду, а затем к матушке Марикиной, – руки Марикиной прошу. Мужем ей хочу стать.
Матушка всплеснула руками. Велеслав ухмыльнулся. Веш с Ягой хмурились.
– Думаю, не ошибусь, – ответил княжичу дед Велеслав, – если за нас двоих отвечу, что возражений нет у нас никаких.
– Согласна я, – подтвердила матушка.
– Надо бы нам с княжичем, – резко вдруг вмешался Веш, – дела текущие обсудить.
Взял он юношу под руку и бесцеремонно весьма из избы его вывел.
– Признал, стало быть, тебя? – спросила у Марики матушка.
Марика кивнула и показала ей кольцо рубиновое на руке своей.
– Было то вполне ожидаемо, – отозвался Велеслав.
– Ты того ожидал? – улыбнулась матушка. – Я, признаться, вовсе не уверена была. Волновалась за Марику. Зато рада теперь, когда решилось всё.
– Неприятности от него только, – подала голос свой Яга, до сих пор молчавшая. – Какой жених из него?
– Что вы раскудахтались? – отмахнулся Велеслав. – То, что свадьбе быть, понял я ещё, когда княжич ваш любезный замок драконий в одиночку штурмовать пошёл, после того как вернулась туда Марика из хода подземного. Дрался он там аки лев за добычу. Совсем чуть-чуть я ему помог. Не рвутся так за девиц посторонних.
Марика опять зарделась.
– Да и дочка твоя всё одно заладила, – продолжил Велеслав, – не пойду никуда без княжича. Объясняю ей, что не бросят его свои на произвол судьбы, а ей бежать самое время из замка, так ведь до последнего же досидела там. Что тут ещё ожидать было, как не свадьбы?