– Вели, давай, платье Лукерьино мне передать, – сказала она холодно. – Да не сюда, а к матушке в горницу. И служанку мне пусть не присылают. В трапезную не пойду. Еду пусть матушке на двоих принесут.
Алексей Беримирович молча кивнул и вышел.
Выехали они со двора втроем. Несмотря на то, что везли два сундука (оба Лукерьины), слуг хозяин дома с собой ни одного не взял, лошадьми сам правил. Лица обеих девушек были закрыты покрывалом, впрочем, как и в прошлый раз (так было принято), но для верности Алексей Беримирович решил никого с собой больше не брать.
Лукерья взялась было поначалу к Марике ластиться, да та быстро её осадила. Алексей Беримирович сделал вид, что не заметил, и всю дорогу ехали молча. Привёз он их в богатую городскую усадьбу – боярскую или купеческую, Марике трудно было определить. Лукерью подхватили под руки вышедшие из дома женщины, и увели; один из сундуков забрали мужички. После этого поехали на княжий двор.
– Спрятал дочку-то? – догадалась Марика.
Дядька не ответил, но ответа и не требовалось. Это и так было очевидно. Слуги в доме не должны знать, что хозяйская дочь одновременно находится в двух местах – у князя в тереме и в родной светлице.
У князя поселили Марику в той же горнице, что и раньше. Часть девиц сменилась, но всего их так и было двенадцать в комнате. Одна из тех, что проходила первое испытание вместе с Марикой и Лукерьей, спросила её о сестрице.
– Разболелась она, – ответила Марика, – дома лежит.
Это была официальная версия отсутствия племянницы Алексея Беримировича на смотринах, которую уговорились озвучить и которая уже была донесена до распорядителя отбора.
Следующим утром Марика одевалась долго – в дорогое платье, да коруну, как если бы не она это была, а Лукерья. В этот день девушкам предстояло выполнить второе задание – испечь сладкий пирог. Отвели девиц в огромных размеров княжескую кухню. Как и прежде, меж участниц испытания сновали девушки-помощницы, да величаво и важно расхаживали смотрительницы. Не боясь испортить платье, благо в привезённом с собой сундуке их было не одно, Марика быстро замесила тесто. Пока то поднималось, решила осмотреться. Рядом с собой она узнавала девушек, которые вышивали в мастерской вместе с ней и сестрицей, но и многие из тех, кого она помнила, отсутствовали. Вместо них появились новые лица – видимо, из группы, которая проходила испытание до них либо после. Воеводова дочка, разумеется, здесь была, и старательно не обращала на Марику внимания. Почти все девушки, как и ранее, были разряжены в драгоценности и шелка. Подняв голову к потолку, Марика и в кухне обнаружила два знакомых зарешеченных оконца. В этот раз ей показалось, что за одним из них кто-то стоит.
Состряпав пирог, Марика поставила его на большой длинный стол, для того предназначенный, рядом с творениями других девиц. Пирог получился на славу, нежный, с начинкой из брусничного варенья. Сверху Марика украсила его кренделями, да завитушками. Она накрыла свою выпечку помеченным особо платком и позвала Матрёну Юрьевну. Та прикрепила к пирогу полоску бересты с именем участницы и отпустила Марику. Место тех, кто уже приготовил пироги, должны были занять следующие девушки, которые ждали своей очереди наверху. Испытание длилось до ночи, а наутро должен был пройти предварительный отбор тех кулинарных шедевров, которые допустимо было представить князю с княжичем.
Ночью Марика вновь спустилась в кухню с ключами Матрёны Юрьевны да мигающими золотыми светлячками вокруг её невидимой никому головы. Пирог свой она нашла быстро и, сдёрнув с него платок, прочла заклинание. Пирог растворился в воздухе.
Возле печи что-то охнуло, и раздался грохот. Ни секунды не смутившись, Марика направилась туда. Осмотревшись, она увидела упавший на пол ухват. Обойдя кухню, заглянув под столы и за печь, она никого не нашла, кроме кота, который дался ей в руки далеко не сразу.
– От мышей сторожишь? – спросила она его строго. – А ну как поешь чего, что тебе не предназначено?
Подумав, Марика выставила его за дверь и затем подошла к столу, за которым работала сегодня вместе с другими девушками. Огоньки вокруг неё мерцали, освещая свободную в данный момент деревянную рабочую поверхность. Марика сосредоточилась и начала читать заклинание.
Утром Марика хотела поспать подольше. До того, как станет известно, допущена ли она до третьего этапа отбора, пройдёт день или два, а то и больше, если их опять будут объединять с другими группами девушек. Алексей Беримирович на этот раз домой к себе её не повезет, следовательно, всё это время скучать придётся здесь.