Марика скептически подняла брови. И друг Мала, и мама его простыми людьми не могли быть – такие у колдуна не работали. Носили они в себе ведьминскую кровь, хотя, может, и сильно разбавленную.
– Верно, далеко в лес зашли. Тут я виноват, – покаялся Яромир. – И к избушке её я потом ходил, – добавил он, всё ещё не глядя на Марику, – да только не нашёл Мала, а ворон прогнал меня.
– Где же тот лес находится, в котором ты друга навещал? – спросила Марика у Яромира, чтобы понимать, куда возвращать мальчика. – Где деревенька его?
– Не у бабушки твоей, не думай, – коротко ответил тот. – Недалеко от поляны змеиной.
Разумеется, Марика не ошиблась насчёт Яромира. Как и она, принадлежал он заколдованному лесу и её саму откуда-то знал. Участок прилесья, на котором находилась змеиная поляна, располагался довольно далеко от того, на котором они с Ягой управлялись. Называлась поляна так, поскольку обитали там заколдованные змеи, кружившие путников ничуть не хуже Марикиных волков, да только название это было известно лишь своим.
– Что же это твой боярин в глухом лесу проживает? – задал Яромиру вопрос княжич.
– От врагов прячется, – объяснил Яромир.
– Много, стало быть, врагов у боярина, – заметил княжич и спросил: – Змея летучего видел ли ты?
Яромир посмотрел на княжича в упор, затем скосился на явно заинтересовавшегося Мала и, наконец, взглянул на Марику.
– Видал, – неохотно ответил мальчик.
– Он-то и есть боярин твой? – усмехнулся княжич.
– Нет, – не согласился Яромир. – Охраняет он хозяина нашего. Во дворце живёт как гость дорогой. Свои хоромы у него.
– А не приносил ли он сюда девицу недавно?
– Не знаю я, – покачал головой мальчик. – Нет хода у меня в хоромы змеиные. Свои слуги ему прислуживают. Нам запрещено появляться там.
– Ну а как внутрь дворца нам попасть – знаешь? – спросил княжич.
– Знать-то – знаю, – прищурившись, ответил тот, – да не скажу. К чему тебе? Вдруг ты и есть тот враг, от которого хозяин хоронится?
– Змея боярина твоего я первый враг, – сказал княжич. – Невесту он мою украл и в тереме своём держит. Без невесты моей не уйду отсюда. Боярина же твоего не трону, коли девицу он мне отдаст по-хорошему.
Мальчик подумал.
– Коли девица там, то не отдаст, – веско сказал он.
– Мог бы ты помочь нам? – попросила Марика.
– К чему это? – глянув на неё исподлобья, поинтересовался мальчик. – Чтобы мамке моей потом за вас досталось?
Марика задумалась.
– Видел ли с тобой сейчас Мала кто? – спросила она.
– Нет, – ответил за него Мал. – Старался я пройти незаметно. Не попадался никому на глаза. Да если и видел кто – внимания не обратил, иначе б не вернулся оттуда.
– Если проведёшь нас ночью тихонько – не узнает никто, – предложила Марика, обращаясь к Яромиру. – Не пострадают родные твои. Ты Малу в своё время помог по доброте своей, потому как знал, что в плену у ведьмы невесело. А девице в плену каково, подумай сам? Плачет она, ждёт, что жених её выручит. Сделай доброе дело ещё одно.
Видно было, что мальчик колеблется.
– Помоги им, – вступился Мал. – Они хорошие. От ведьмы меня спасли. Из ведьминой избы увели, ведьму чуть не изрубили вконец.
– Ночью поздно будет идти, теперь успеть надобно, – вздохнув, ответил Яромир. – Улетели вчера Змей с хозяином вместе. Вернутся сегодня к вечеру. Если и правда девица во дворце, то одна она сейчас. Только увидят же нас, – покачал он головой.
– Обещаю – не увидят, – сказала ему Марика. – Всё для того сделаю.
Мальчик посмотрел на неё мрачно.
– Во внучке бабушки моей усомнился? – поинтересовалась она, многозначительно посмотрев на мальчика.
– Ну гляди же, – ответил он. – Обещала мне.
Мальчики пошли вперёд, Марика с княжичем – за ними.
– Как обещание своё исполнить ты намерена? – спросил Марику княжич, не вполне поняв последнюю часть их с Яромиром разговора.
– Интуиция моя хорошо работает, – ответила Марика. – Уверенность во мне твёрдая, что не увидит нас никто.