– Ярослава? – позвал её княжич.
Девица встала и поклонилась ему в пояс.
– Здравствуй, любый мой, – произнесла она. – Пришёл ты, наконец! Ждала я тебя.
Девушка протянула к нему руки. Княжич поклонился в ответ, затем приблизился к ней быстрым шагом и взял за руки. Марика почувствовала себя неловко и вышла.
Она ходила по горнице не в самом радужном настроении и из соседней комнаты слышала тихий говор жениха и невесты. Марика понимала, что им есть что обсудить, и подавляла в себе клокочущее желание поторопить их. Обойдя в очередной раз комнату по кругу и в который раз осмотрев кровать, сундуки, рисунок на коврах и содержимое открытых шкатулок на столе, она подошла к окну, встав сбоку, чтобы снизу её нельзя было заметить.
Во дворе прямо на земле спали слуги. Кто-то сжал в железных объятиях визжащего поросёнка, вокруг кого-то бродили куры. Какая-то женщина держала в руках корзину с овощами, да с ней и уснула.
«Видимо, огород тут есть, – подумала Марика. – Даром что колдун, а хозяйство как у людей».
Терем был высокий, и за частоколом двора открывался вид лес и синее безоблачное небо. В небе этом Марика заметила маленькую движущуюся точку.
«Птица?» – предположила она.
Но уже через некоторое время стало ясно, что это не птица. Точка разрасталась, превращаясь в беспрерывно машущего огромными крыльями зелёного трёхголового змея, летящего прямо к дворцу колдуна.
Марика отпрянула от окна. До вечера было ещё далеко, и змей возвращался раньше, чем она ожидала.
«Может, видел нас кто да змея вызвал», – предположила Марика.
Сильным магом мог быть здешний тиун или начальник охраны, на которых не подействовало заклинание сна. Нельзя было исключать и то, что в доме присутствовали гости. В любом случае, если маг и находился во дворце, то вмешиваться в происходящее и будить слуг по какой-то причине не стал, либо был недостаточно силён, чтобы уничтожить морок, наведённый Марикой.
Следующей её мыслью было, что змей-то всё-таки не тот. Другой змей забрал Ярославу накануне венчания. И цвет у того был иной, и голова – всего одна. Затем ей стало понятно, что наступил момент поторопить княжича с его невестой, и ничего бестактного быть в том не может. Она подошла к двери, спрятанной под ковром, и постучала.
– Уходить нужно быстро, – сказала она, приоткрыв дверь. – Змей вернулся.
Княжич с девицей продолжали стоять, взявшись за руки: Иван – к Марике спиной, а Ярослава – лицом; она и кивнула Марике в знак согласия. Марика вернулась в горницу и тут увидела в окне громадные перепончатые крылья змея, которые заслоняли дневной свет полностью. Марика опять заняла пост за ставнями.
С великим шумом приземлился змей прямо во двор. Крылья его закрывали чуть не всю посадочную площадь, длинный хвост извивался и бил оземь, тянулись ввысь три могучие шеи его, увенчанные страшными головами, из каждой пасти шёл чёрный дым. На спине его восседал колдун, который после приземления ловко съехал по крылу змея на землю. Освободившись от седока, змей обернулся мужчиной. Был он выше колдуна и шире в плечах. Прилетевшие были одеты в тёмные одежды, держались горделиво и вышагивали неспешно. К ним бросились вмиг пробудившиеся слуги, и, встречаемые поклонами, мужчины направились к входному крыльцу.
Дверь в соседнюю комнатку стала медленно открываться. Марика вздохнула с облегчением и обернулась. И только в этот момент заметила, что за зеркалом на столе лежит что-то блестящее, какое-то усыпанное каменьями металлическое изделие, показавшееся ей знакомым. Из-за ковра выходить всё ещё не торопились. Марика протянула руку и взяла находку. Приблизив её к лицу, она остолбенела, не веря собственным глазам. Был то кинжал княжича, который оставил он в реке, воюя с русалкой.
– Откуда это? – спросила она появившуюся в комнате Ярославу. Княжич вслед за невестой не вышел.
Ярослава не ответила. Медленно она подходила к Марике, прихрамывая на одну ногу. У Марики всё похолодело внутри. Подойдя совсем близко, девица откинула покрывало с лица и произнесла:
– Кинжал-то? Подруженька мне подарила. Оставил ей молодец.
Перед Марикой стояла живая и здоровая Ринка.