– Коли отпустишь, – опять вмешалась Марика, – не уйдём мы отсюда живыми, Иван. Да и правду ли он говорит? Растолкуй мне, Змей Горыныч, – обратилась она к Змею, – коли не сам колдун Ярославу похитил, почему приказал жениха её сгубить? Что ему до интересов братца твоего?
Змей посмотрел на Марику внимательно и зло усмехнулся.
– Ты ли порубила жену мою? – спросил он холодно.
– Я, – ответила Марика. – И ещё раз так сделаю, коли жена твоя в разум не войдёт.
– Разумная у меня жена, – ответил ей Змей. – А вот у тебя, видать, жизней много.
– Почему мы тебе верить должны? – вернулась к своему вопросу Марика. – Какой у колдуна интерес в деле этом?
– Просьба брата моего и моя, – ответил Змей, оценивающе разглядывая Марику. – К просьбам нашим относится он уважительно.
– Так куда брат твой отнёс невесту мою? – терял терпение княжич.
– Отпусти жену мою, – повторил Змей.
– Отвечай – отпущу! – выкрикнул княжич.
Марика хотела было опять возразить и потянулась к платку окровавленному, спрятанному в её рукаве, да вдруг увидела нечто, выглядывавшее из-под кровати, и промолчала. Теперь она точно знала, как они будут выбираться отсюда.
– В королевстве Ловинском, в драконьем замке. У самой границы леса заколдованного, – ответил Змей. – Отпускай!
– Как добраться туда? – настаивал княжич.
– Знаю я, как добраться туда! – воскликнула Марика.
Часть заколдованного леса располагалась на территории того королевства, о котором говорил Змей. Именно в том прилесье и жил её дед, оттуда же и привёз её отец в своё время матушку.
Княжич посмотрел на Марику, убрал от горла женщины нож и оттолкнул её. Она упала на колени, делая взмахи руками. В ту же секунду Змей бросился на княжича. Тот вынул меч из ножен и отразил атаку, но Змей будто был неуязвим. Из оружия при нём был лишь короткий меч, которым Змей пытался достать до княжича, но сам от ударов уворачивался ловко, а те, которые были нанесены ему, не причиняли видимого вреда. В воздух полетел белоснежный пух из изрубленных в пылу драки перин. Марика понимала, что обращаться Змей сейчас не станет, иначе разнесёт весь терем вместе со своей возлюбленной, и по той же причине не сможет извергать из себя огонь, но и в теле человека мог он причинить значительный ущерб. Ведьма протянула руки к дерущимся, и тут Марика схватила со стола зеркало и со всей силы ударила Ринку по голове. Ведьма рухнула на пол. Змей взревел и бросился к ней, княжич же тотчас обрушил меч на его голову. Ранен Змей опять был не сильно, кровь проступила, но череп остался цел, однако потерял он сознание и осел на пол рядом с супругой.
Марика быстро выволокла из-под кровати ведьмину метлу, хвост которой заприметила чуть ранее. Метла, видимо, была под кроватью припрятана и частично выдвинута оттуда Малом, когда тот выскакивал из своего укрытия. Метла была мощная и явно рассчитана на перевозку не одного человека. Мал, по всей вероятности, являлся не единственным вынужденным ведьминым гостем, которого она привозила к себе в избушку таким способом.
Оседлав метлу, Марика быстро посадила на неё мальчика и, сделав круг по комнате, подлетела к княжичу.
– Садись, – сказала она ему.
Ни слова не говоря, княжич сел позади неё. Змей только поднимал голову, когда втроём они вылетели в окно.
В тот момент, когда Змей последовал за ними, улетели они недалеко, и фора у них была минимальная. Заприметив погоню, Марика направила метлу прямо в лес, скрывшись среди деревьев. Она летела, лавируя между стволами и огибая толстые ветки, чтобы не пораниться и не поранить никого из спутников. Тем не менее тонкие ветви чувствительно хлестали их, хотя Марика и существенно сбавила ход, а также все они старались руками прикрыть лица. Выбирая звериные тропы и паря над ними, кое-как удавалось выпрямить путь. Над головой Марика несколько раз видела светлое брюхо пролетавшего Змея и его развёрнутые в полёте крылья, но в конце концов он не обнаружил их, и Марике удалось благополучно доставить свой эскорт на змеиную поляну.
25-2
Приземлившись на самом краю открытого пространства, под деревьями, Марика велела спутникам слезть с метлы и спустилась с неё сама. Все трое сели на траву, приходя в себя после головокружительного полёта. Метлу Марика при этом из рук не выпустила, во избежание побега единственного их средства передвижения, которое им должно было ещё понадобиться. Метла была чужой, и поведение её могло стать непредсказуемым.