– Жаль, что колдовать тебе опять пришлось, – серьёзно сказала Марика.
Она знала, насколько для матушки это было болезненно. Когда Василиса Велеславовна выходила замуж за Марикиного отца, то зарок себе дала не колдовать больше. Марику же в колдовстве она ограничивать не стала, считая, что дочь сама должна сделать выбор. При жизни Владислава Владимировича ни о каком колдовстве, разумеется, речи не шло, но вот за последние три года Марика многому от Яги научилась. Хотя и она старалась без необходимости колдовство не использовать. После угроз Алексея Беримировича, ей немало труда стоило убедить матушку, что в случае ареста обратиться в птицу будет надобно, не полагаясь беспечно на справедливый суд и милость княжескую.
– И мне жаль, – ответила матушка.
Посмотрев на Марику внимательно, она задала вопрос, который, видимо, беспокоил её с того момента, как узнала она, что сына княжеского дочь привела:
– Ответь мне, – осторожно спросила она Марику, – княжич Иван ведь тебя на отборе выбрал. Неужто не узнал до сих пор?
– Нет, – коротко ответила Марика и усерднее принялась оттирать пятна с платья.
– И не скажешь ему? – продолжила Василиса Велеславовна, вглядываясь в Марикино лицо.
– Ни к чему, – обронила Марика.
– Может, как раз и нужно, – покачала головой матушка.
– За невестой своей он сюда пришёл, – ровно произнесла Марика, – на ней и женится. Долг ему велит. А коли бы и нет – Лукерья его возлюбленная. Если бы выяснилось точно, что не ведьма она – никогда б на Ярославе жениться согласия он не дал.
– Так Лукерьи-то на отборе и не было вовсе, – мягко сказала матушка. – Обманывает он себя.
Марика ответила ей не сразу.
– Коли узнает, что я боярышня Марья, двоюродная сестрица Лукерьи, – медленно говорила Марика, тщательно подбирая слова, – та самая, что якобы колдовала против него в княжеском дворце, то не пощадит ни меня, ни тебя он. Прилетала я в хоромы наши, после того как ты их покинула. Вся усадьба гриднями княжескими переполнена. Арестовать нас хотят оченно.
После этих слов несколько минут длилось молчание.
– Зачем же ты по лесу его повела? – через некоторое время задала ей вопрос матушка. – С колдуном рассорилась да Ринку чуть не убила?
– Сгинул бы, – твёрдо ответила Марика. – Пыталась остановить я его, но упрямый он. И без провожатого бы пошёл и в лесу заколдованном сгинул.
– Тебе-то не всё ли равно? – вкрадчиво спросила матушка.
На этот раз Марика вовсе не ответила. Пауза затянулась. Отчаявшись удалить пятна с шёлка человеческими способами, она начала читать заклинания и раздраженно хлопать по ткани рукой в тех местах, где осталась грязь. Матушка бесстрастно наблюдала за этим и в конце концов решила сменить тему.
– Коли Ярославу ночью заберёте – к нам не возвращайтесь. Сразу домой летите, – напутствовала она Марику. – Если стражники тревогу поднимут – погоня за вами будет по воздуху. Задерживаться нигде нельзя.
– Заклинание сонное я использую, – ответила Марика. – Весь замок в сон погружу. Нескоро пропажу обнаружат, к утру только.
– На драконов оно не подействует, – возразила матушка. – А дракон тут не один в замке, несколько их. Сам рыцарь и приближённые его, которые пришли вместе с ним из земель драконьих, а теперь и дети их. Всё воинство-то его – люди обычные. За двадцать-то лет, как я слышала, многих и из местных набрали в войско да в охрану замковую. А вот командиры над ними – драконы. Будет кому за вами лететь. Может, и сразу в погоню отправятся. Вдруг раньше кто проснётся из них да поймёт, что неладно в замке – стража-то вся на посту спит.
– Помчимся сразу к дому ласточкой, – уверила матушку Марика. – Коли что – в лес спустимся. Там не увидят нас.
– Лес стража будет прочёсывать, – покачала головой матушка. – Дед твой покружит их, да вот только, коли колдун наш помогает дракону сему, то найдётся кому вас задержать и без драконовых слуг. Так что быстро нужно будет всё сделать. Скорее вам надобно до дороги через лес добраться. Над ней и полетите. Как границу леса заколдованного пересечёте, меньше вероятности будет, что навредить вам сможет народ лесной, что у колдуна в подчинении.