— Почему вы забрались так далеко? — я искренне удивлена.
— Здесь хорошо платят, мадам, — пожимает плечом дама и предлагает мне какую-то таблетку и стакан с водой.
Все-таки удивительный мир. Советские люди не ездят в другие страны, чтобы больше заработать. Деньги вообще интересуют только мещан.
Пью пилюлю и возвращаюсь к вопросу, который меня волнует.
— А какое отношение мой муж имеет к этому месту? — слово «муж» карябает что-то внутри, и я слегка морщусь.
— Он с братьями владеет агентством, госпожа, — спешит ответить Хана, — мне кажется, вам нужно поспать. Я пришлю девушку, которая будет рядом.
Я не спорю, потому что состояние полусонное. Но меня не оставляет ощущение, что женщин напрягает мое любопытство. Они явно хотят побыстрее убраться отсюда.
Не успевают мои собеседницы удалиться, как я проваливаюсь в желанный сон.
Просыпаюсь одна в помещении. Никакой девушки рядом не наблюдается, но успели провести уборку. На поверхностях больше нет песка, и ковры убрали из комнаты. На стуле рядом чистая одежда. Встаю и осматриваю помещение. За одной из дверей обнаруживаю ванную. Залезаю в душевую кабину. Освобождаю кожу от налипшего песка и чувствую себя гораздо лучше.
Возвращаюсь в спальню, облачаюсь в новое одеяние и подхожу к окну. Территория оазиса тоже пострадала. Все в песке. Шатры, фонтаны и пальмы. Девушки вытряхивают на улице вещи и покрывала.
Задыхаюсь от волнения, потому что мне кажется, что я вижу Медину. Девушка в абайе и хиджабе, но лицо открыто. Присматриваюсь внимательнее и понимаю, что не показалось. Это точно Медина.
Сердце пропускает несколько ударов. Мансур мне соврал. Он говорил, что она останется в Сирии. Но она здесь. Может это действительно одна из его жен? Нужно пойти и сейчас же все выяснить.
Не успеваю осуществить свой замысел. Сзади раздаются шипящие звуки. Поворачиваюсь и замираю на месте. В нескольких метрах от меня раскачивается кобра. Она смотрит прямо мне в глаза и явно готова к атаке.
Глава 37. Кобра
Лихорадочно прощаюсь с жизнью. В голове проносятся образы брата, папы и мамы из детства. Последним кадром вижу Мансура.
Может быть это единственный выход. Положит конец двусмысленной ситуации.
Замерли и гипнотизируем с коброй друг друга. Стоит только дернуться и будет бросок. «Давай же, Лена!», — уговариваю себя. Ей нужен только повод и все закончится.
Но включившийся инстинкт самосохранения замораживает все мышцы и не дает шелохнуться.
Наши гляделки продолжаются вечность, которую разрывает жуткий грохот. Кобра с простреленным капюшоном подлетает прямо к моим ногам. Инстинктивно отпрыгиваю от нее подальше и поднимаю глаза на Мансура.
— Ты вовремя, — выдавливаю из себя и сразу чувствую ужасную слабость. Ноги подгибаются, сажусь на край кровати.
— Прости, неудачная получилась вылазка, — мужчина подходит и садится рядом, рукой привлекает мою голову к себе на грудь.
— Зато результативная, — невесело усмехаюсь, — узнала много нового.
— Латифа, за сегодня между нами ничего не изменилось. Все осталось так же, как было эту неделю, — Мансур поднимает лицо за подбородок и пытливо смотрит мне в глаза.
— Кроме того, что теперь ты будешь спать с другими бабами. А я почему-то должна это терпеть.
— Такова природа мужчин, Латифа. Мы полигамны. Просто европейские мужчины бросают старых жен и заводят новых, а у нас разводы не приветствуются, если женщины ведут себя достойно.
— То есть, если я буду вести себя недостойно, ты дашь мне развод? — улавливаю я главную суть откровения.
— Нет, — резко бросает Мансур, — я дам тебе развод, когда сам посчитаю нужным. Можешь не стараться. Одевай никаб, нам пора ехать.
— А ты не хочешь разобраться, кто хотел меня убить? — вздергиваю я бровь.
— С чего ты это взяла? Мы в пустыне. Ковры вынесли, змея случайно заползла, куда не нужно.
— Каждая случайность может быть неслучайной. Возможно, ей кто-то помог заползти? Например, Медина, которая осталась в Сирии? — выдаю язвительно.
— Она просто попросила помочь с работой, Латифа. Медина помогла мне, я ей. У нее нет повода тебе вредить.
Отстраняюсь и слежу за его мимикой. Кажется, Мансур не врет. Сразу становится неудобно перед Мединой. Хотя мне лично она ничем не помогла, скорее поспособствовала попаданию в мышеловку. Последняя проверка. Смотрю мужчине прямо в глаза и требую:
— Поклянись, что ты не спал с Мединой.
— Клянусь, что этого не было, — серьезно говорит Мансур.
— Вы жили в одном номере, — не сдаюсь я.