Троян примчался в клуб. В кабинете стоял удушающий запах перегара и немытого тела. Дорогов, небритый и помятый, сидел за столом, сжимая в руке очередной стакан.
– Когда ты уже возьмёшься за ум, придурок?! - рявкнул Троян, выхватывая стакан. – Всё пробухаешь, включая мозги!
– А, Миха... - пьяно усмехнулся Дорогов. – А я тут вспоминаю... Год назад я совершил самую поганую сделку в своей жизни...
– Опять белочка?
– Нет... Медовой приходил. Помнишь такого? Данил Медовой...
Троян напрягся. Что-то в голосе друга заставило его насторожиться.
– Мы с ним сделку заключили... - продолжал Дорогов. – Он купил, я продал... Знаешь что? Вернее, кого?
– О чём ты несёшь?
– Я Владу продал! - вдруг выкрикнул Дорогов. – За помещение в центре! Как товар на рынке! А потом... потом это помещение подарил Веронике, чтобы развод дала...
Троян застыл, не веря своим ушам. Затем медленно процедил:
– Повтори, что ты сказал...
– Я продал её! - заорал Дорогов, пытаясь встать. – Продал женщину, которую люблю! Понимаешь теперь? Понимаешь?!
Кулак Трояна впечатался в левую скулу Дорогова с такой силой, что тот отлетел назад в кресло.
– Сука ты! - прорычал Троян. – Просто сука! Мало того, что чуть не изнасиловал её - я, кстати, за это тебе ещё должен морду набить - так ты с ней как с вещью поступил! И после этого смеешь говорить о какой-то любви?
– Да что ты знаешь о любви?! - взвыл Дорогов, держась за ушибленное лицо. – Меня всего ломает без неё! Я погибаю! Думаешь, я просто так пью? Это всё муки совести, понимаешь? Сердце разрывается!
– Муки совести? - Троян презрительно скривился. – Да мало тебе таких мук! У тебя сердца отродясь не было! Послушай меня внимательно, урод - держись подальше от Ластовки и от Ани. Ты меня понял?
– Как она? - прохрипел Дорогов. – Просто скажи, как она...
– Забудь про неё! Ты сам её продал, своими руками!
– Умоляю, скажи...
– У неё всё хорошо! Она счастлива! А теперь завязывай с пьянкой и оставь её в покое!
После этого разговора Дорогов действительно взялся за ум. Бросил пить, вернулся к делам, начал восстанавливать репутацию клуба. Но червь сомнения уже проник в душу Трояна. Полгода он молчал, не в силах решить - рассказать ли Ане правду о сделке между Дороговым и Медовым.
В конце концов совесть взяла верх. Выбрав момент, когда они с Аней были наедине, Троян рассказал ей всё. Реакция Гельд превзошла самые худшие ожидания.
– Ты знал об этом полгода и молчал?! - взорвалась Аня. – Как ты мог?! Это же моя лучшая подруга!
– Я не знал, как сказать... - пытался оправдаться Троян.
– А этот козёл Дорогов! Продать женщину, как вещь! И Медовой твой - тоже хорош! Бизнесмен хренов!
Аня металась по комнате, как тигрица в клетке. Внезапно она схватила телефон:
– Всё, я звоню Владе! Она должна знать правду!
– Может, не стоит... - начал было Троян, но было поздно - Аня уже набирала номер подруги.
– Влада, блядь, у меня новость просто улёт! Точнее, ужасная до жопы!
– Ты чего ругаешься как сапожница? - удивился в трубке спокойный голос Влады. – Что стряслось?
– Не у меня - у тебя! Ты только сядь, новость просто офигеть!
– Села. Выкладывай.
– Помнишь, как Дорогов тебя бросил? Так вот, никакого возвращения в семью не планировалось! Он тебя просто продал!
В трубке повисла тяжёлая пауза. Затем раздался дрожащий голос Влады:
– Что ты несёшь? Как это - продал?
– Как вещь! За помещение в центре!
– О, ну хоть цена хорошая... - попыталась съязвить Влада, но голос предательски дрогнул.
– Подожди, это ещё не всё! Подумай – чье это помещение было? Кто его строил?
– Данил... - прошептала Влада, и трубка выскользнула из её ослабевших пальцев.
– Да, твой Медовой! - голос Ани звенел от возмущения. – Они просто заключили сделку! Дорогов продал, Медовой купил - всё чисто по-деловому!