"Ничего, скоро все изменится", – она сделала еще глоток, чувствуя, как алкоголь притупляет последние сомнения. План созрел спонтанно, когда она случайно увидела их вместе возле клуба. Дима смотрел на Владу так, как никогда не смотрел на нее. В тот момент что-то оборвалось внутри, и Алина поняла – пора действовать.
Внезапно ее внимание привлекло знакомое лицо – Влада! Наконец-то! Алина подалась вперед, вглядываясь через лобовое стекло. Рядом с ней вприпрыжку бежала девчонка – дочь. "Маленькая копия матери", – с ненавистью подумала она.
Сердце заколотилось как бешеное. Момент настал. Алина завела двигатель, не сводя глаз с парочки. Влада остановилась у входа, копаясь в сумочке, а девочка побежала вперед к парковке. Идеально! Лучшего момента не придумаешь!
Нога вдавила педаль газа в пол. Двигатель взревел, машина рванула с места. Алина видела, как расширились от ужаса глаза девчонки, когда красный капот устремился прямо на нее. Слышала крик Влады. Но остановиться уже не могла – да и не хотела.
Удар получился глухим. Тело ребенка отбросило в сторону, как тряпичную куклу. Визг тормозов, крики людей слились в какофонию звуков. Алина даже не притормозила – вывернула руль и помчалась прочь с места преступления, лавируя между машинами.
В зеркале заднего вида она успела заметить, как Влада бросилась к неподвижно лежащей дочери. Губы Алины искривились в злорадной усмешке. "Получила, стерва? Теперь ты поймешь, каково это – когда разбивают сердце!"
Адреналин бурлил в крови, смешиваясь с алкоголем. Она гнала машину, не разбирая дороги, пьяная от ощущения мести и власти. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что она натворила что-то непоправимое, но Алина отмахнулась от нее. Сейчас она чувствовала только дикое, животное удовлетворение.
Вокруг места происшествия мгновенно собралась толпа. Люди снимали на телефоны, вызывали скорую, кто-то пытался помочь. Влада, не помня себя от ужаса, упала на колени рядом с дочерью. Маленькое тело казалось таким хрупким и беззащитным на сером асфальте.
– Василиса, доченька, очнись! Пожалуйста, открой глазки! – она гладила бледное личико дрожащими руками, боясь причинить еще больший вред. Кровь. Повсюду была кровь – на одежде, на асфальте, на её собственных руках.
Кто-то из прохожих накинул куртку на плечи девочки, другой человек пытался нащупать пульс. Влада слышала их голоса словно сквозь вату:
– Дышит... Скорая уже едет... Держитесь, мамочка...
Трясущимися пальцами она достала телефон. Набрала номер мужа, с трудом попадая по кнопкам:
– Данил... Василису сбила машина... Мы у торгового центра... Приезжай скорее!
Сирены скорой помощи разрезали воздух. Медики действовали быстро и четко – зафиксировали шею, наложили временные повязки, погрузили на носилки. Влада держала безвольную ручку дочери, пока ей позволяли, потом её мягко, но настойчиво отстранили.
– Вы можете поехать с нами, – сказал один из врачей. Влада забралась в машину, не отрывая взгляда от бледного личика дочери. Василиса была без сознания, но дышала – это главное. Пока она дышит, есть надежда.
По дороге в больницу врачи задавали вопросы – о хронических заболеваниях, аллергиях, группе крови. Влада отвечала механически, как робот. В голове крутилась одна мысль: "Почему? За что?" Она пыталась вспомнить красную машину, номера, хоть что-нибудь, что могло бы помочь найти преступника.
Машина скорой помощи летела по улицам, разгоняя другие автомобили пронзительными сиренами. Влада держала холодную ручку дочери, шептала молитвы, которых не помнила с детства. Она была готова отдать что угодно, только бы Василиса выжила. Пусть лучше эта сумасшедшая сбила бы её – взрослую, сильную. Но не маленькую девочку, чья единственная вина заключалась в том, что она оказалась дочерью своей матери.
Время растянулось, как резина. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они добрались до больницы. Василису сразу же увезли в реанимацию, а Владу проводили в приемный покой – заполнять бумаги, давать показания прибывшим полицейским, отвечать на бесконечные вопросы медперсонала.