– Ничего я не затаскивала! – вспыхнула Влада. – И вообще, после того, что вчера произошло, я не желаю его больше видеть!
– О, так он уже показал свой характер? – Вероника неприятно рассмеялась. – Что, думала, он такой душка? Романтик? Страстный любовник?
Влада молчала, стиснув зубы. А Вероника вдруг подалась вперёд и заговорила совсем другим тоном:
– Хочешь, расскажу тебе правду о своём муже? О нашей семейной жизни?
И она начала рассказывать. О том, как вышла замуж семнадцатилетней девчонкой, наивной и влюблённой. Как берегла себя до свадьбы, мечтая о прекрасном принце. Как Дмитрий, будучи на пять лет старше, казался ей воплощением мужественности и мудрости.
– Он учил меня всему, – голос Вероники стал глухим. – Как быть женой, хозяйкой, любовницей. Как угождать ему в постели, даже когда от омерзения хотелось кричать...
Влада слушала, не в силах пошевелиться. История, которую рассказывала Вероника, была настолько жуткой, что казалась нереальной. Десять лет бесплодных попыток забеременеть, во время которых муж становился всё требовательнее и извращённее в своих желаниях.
– Я молилась, чтобы Бог дал мне ребёнка, – Вероника горько усмехнулась. – Думала, может, тогда он найдёт себе любовницу и оставит меня в покое. Но знаешь, что случилось после рождения сына?
Она замолчала, отпив воды. Её руки, державшие стакан, едва заметно дрожали.
– Он стал ещё хуже. Властным, жестоким. Каждую ночь... – она запнулась. – Впрочем, детали тебе ни к чему. Скажу только: я знала о всех его любовницах. Всегда знала. И со многими... встречалась.
Влада почувствовала, как по спине побежали мурашки. Вероника смотрела на неё почти с жалостью:
– Но ты... ты что-то с ним сделала. Он словно с цепи сорвался. Я никогда не видела его таким... одержимым. Его не интересует больше никто, только ты.
– Я не хочу... – начала Влада, но Вероника перебила её:
– Не хочешь? – она рассмеялась. – Милая, это уже не имеет значения. Он не отпустит тебя. Как не отпустил меня за все эти годы. Думаешь, он разведётся? Бросит семью? – она покачала головой. – Нет, ты просто станешь очередной игрушкой. Которую можно трахать и бить!
Последние слова она почти прошипела, наклонившись через стол. Влада отшатнулась, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Это не могло быть правдой. Всё это – какой-то больной бред...
– Вы... вы лжете, – прошептала Влада, но в глубине души уже понимала – каждое слово правда.
– Зачем мне лгать? – пожала плечами Вероника. – Думаешь, я получаю удовольствие, рассказывая незнакомой женщине о своей постельной жизни? О том, как мой муж... – она осеклась, сжав губы в тонкую линию.
– Почему вы не ушли? – тихо спросила Влада. – За все эти годы...
– А куда? – Вероника горько усмехнулась. – К маме с папой, которые твердили, что женщина должна хранить семейный очаг? К подругам, которые завидовали моему "идеальному" браку? Или может быть, в никуда, без денег, без профессии, без поддержки?
Она достала сигарету, закурила, глубоко затягиваясь. Официант неодобрительно покосился в их сторону, но промолчал.
– К тому же, – продолжила Вероника после паузы, – я ведь любила его. Правда, любила. Он умеет быть очаровательным, когда хочет. Умеет заставить женщину почувствовать себя особенной, единственной... До поры до времени.
Влада вспомнила, какой Дмитрий был первое время. Как он смотрел на неё, будто она – самое прекрасное создание на земле. Как о нем рассказывала Алина, когда он еще числился её кавалером - цветы, комплименты, страстные признания... А потом... вчерашний вечер встал перед глазами во всех жутких подробностях.
– Я видела синяки, – вдруг сказала Вероника. – На твоих запястьях. Он любит... оставлять следы.
Влада машинально одернула рукава платья, пряча едва заметные темные пятна.
– Послушайте, – она попыталась собраться с мыслями. – Я не хочу быть частью этого... всего. Я не знала, что он женат, когда всё началось. А теперь...
– Теперь ты знаешь, – кивнула Вероника. – Но это ничего не меняет. Он уже положил на тебя глаз. Пометил как свою территорию. И поверь моему опыту – он не остановится.