– Сука! – кулак с силой врезался в стену рядом с окном.
Боль в разбитых костяшках немного отрезвила. Дорогов посмотрел на свое отражение в темном стекле. Кто этот человек? Успешный бизнесмен? Хладнокровный делец? Или просто трус, который не смог бороться за свою любовь?
"А была ли это любовь?" – спросил он себя. Может, просто страсть? Желание обладать? Ведь если бы он действительно любил её, разве смог бы так легко отпустить?
Нет, не легко. Совсем не легко. Но выбор был сделан. Он налил себе виски – третий или четвертый за вечер, уже не считал. Алкоголь не приносил облегчения, только делал мысли еще более мучительными.
Влада. Её имя пульсировало в висках как назойливая мигрень. Как она отреагирует, узнав правду? Возненавидит его? Рассмеется? Или, может быть, поймет? Нет, вряд ли. Такое не прощают.
"Последняя ночь", – эта мысль вызвала горькую усмешку. Он выторговал себе эту ночь, как последнюю милость приговоренного к казни. Чтобы что? Попрощаться? Насладиться напоследок? Или просто помучить себя еще немного?
На следующее утро юристы обеих сторон встретились для обсуждения деталей сделки. Всё должно было быть оформлено безупречно – никаких лазеек, никаких возможностей для отступления.
– Господин Медовой настаивает на пункте о полном прекращении контактов, – сухо произнес представитель Медового.
– Это само собой разумеется, – кивнул юрист Дорогова. – Мой клиент также требует гарантий.
Они погрузились в обсуждение юридических тонкостей, пока их клиенты решали свои личные вопросы.
Медовой в это время сидел в своем офисе, просматривая фотографии Влады в телефоне. Вот она смеется на пляже, вот задумчиво смотрит в окно кафе, вот спит, свернувшись клубочком на его диване. Как объяснить ей всё это? Как сказать, что он фактически купил её свободу?
Вечером того же дня документы были готовы. Медовой и Дорогов встретились в нотариальной конторе. Они избегали смотреть друг другу в глаза, пока ставили подписи.
– Ты понимаешь, что делаешь? – тихо спросил Медовой, когда они остались одни.
– А ты? – парировал Дорогов. – Думаешь, она обрадуется, узнав, что её купили?
– Я не купил её. Я купил её свободу от тебя.
– Называй как хочешь, – усмехнулся Дорогов. – Но помни – у тебя никогда не будет уверенности, о ком она думает, когда закрывает глаза.
Медовой сдержался, чтобы не ударить его. Вместо этого он молча вышел из конторы. На улице моросил мелкий дождь, но он его не замечал. В голове крутилась только одна мысль: "Что я наделал?"
Но назад пути не было. Сделка состоялась. Теперь оставалось только ждать, как Влада отреагирует на новость. Дорогов получил своё роскошное помещение, Медовой – гарантии того, что соперник исчезнет из жизни Влады.
А сама Влада... Она пока не подозревала, что стала предметом торговой сделки между двумя влиятельными мужчинами. Не знала, что её судьбу решили за бокалом виски в дорогом кабинете. Что её свободу оценили в квадратные метры элитной недвижимости.
Номер 507 в отеле "Риц" всегда был их особенным местом. Здесь начиналась их история, здесь Влада приняла его условия и согласилась стать его, здесь же ей предстояло закончиться. Дорогов придирчиво осмотрел комнату – все должно быть идеально. Шампанское в серебряном ведерке со льдом, алые розы – символ их страсти, их желания, приглушенный свет, создающий интимную атмосферу.
Уговорить Владу на эту встречу было непросто. Два дня он буквально преследовал её, звонил, писал сообщения. Был нежен, настойчив, использовал все свое обаяние. В конце концов, она согласилась – то ли из любопытства, то ли от усталости сопротивляться.
Дорогов усмехнулся. Он знал, что она придет. Всегда приходила, как бы ни сопротивлялась вначале. Между ними была какая-то необъяснимая химия, притяжение, которому невозможно противостоять.
А ведь когда-то все начиналось как обычный флирт в баре. Кто же знал, что эта встреча перевернет их жизни? Что из-за нее он потеряет голову, а теперь вот... продаст женщину за недвижимость.
Стук каблуков по коридору заставил его сердце забиться чаще. Влада вошла – прекрасная, как всегда. На ней было то самое черное платье, которое сводило его с ума. Волосы собраны в небрежный пучок, открывая изящную шею. Она намеренно выбрала этот образ, зная, как он действует на него.