Я подошла и положила руку ему на плечо.
— Почему это было так тяжело сказать? — спросила я.
— Потому что… потому что мысли об этом до сих пор причиняют боль.
Так же четко, как вспышку молнии над океаном, я увидела суть проблемы. Эйден никогда не скорбел: ни в случае со своим сыном, ни с отцом. Хоть мой отец и умер совсем недавно, я провела много времени, оплакивая его. Эйден же никогда не разрешал себе прочувствовать потерю, никогда не позволял себе скорбеть.
— Ты должен прочувствовать это, Эйден, — тихо сказала я. — Если ты не разрешишь себе чувствовать боль, она останется с тобой навсегда.
— Я не могу, — прошептал он. — Я не могу думать об этом.
Я прикоснулась ладонью к его щеке и развернула его лицо к себе.
— Ты можешь, — сказала я ему. — Я помогу тебе.
Он удивленно взглянул на меня.
— Почему? — спросил он.
— Потому что тебе нужна помощь, — просто сказал я. — Кроме того, я — твоя должница.
— О чём ты?
Я глубоко вздохнула и посмотрела прямо ему в глаза.
— Ты твердишь, что нужно жить здесь и сейчас, а сам застрял в прошлом, — сказала я. — Ты показал мне настоящую жизнь, а теперь я помогу тебе понять, как справиться со смертью.
Эйден был не в той форме, чтобы продолжить наш разговор. Ему нужно было поесть и поспать. Пока он ел сэндвич и пил протеиновый коктейль, я вышла, чтобы поговорить с Рэдайем и Лансом. Они поднялись мне на встречу.
— Похоже, тебе удалось невозможное, — сказал, ухмыляясь, Рэдай. — Я знал, у тебя получиться. Я, черт возьми, знал это!
— Посмотрим, — сказала я. Я испытывала смешанные чувства, смотря на его самодовольную улыбку. — Сейчас ему нужен сон. Я останусь с ним. Вы, ребята, можете уйти, если хотите.
— Уверена? — спросил Ланс. — Я могу поспать на диване или где-нибудь в другом месте. Я провел здесь последние пару ночей, но не уверен, что он заметил.
— Да, всё хорошо, правда. Отдохните. Не знаю, чем всё это обернется.
Ланс кивнул.
— Если ты уверена, — сказал он
— Уверена.
Они оба обняли меня.
— Ты — хороший человек, — сказал Рэдай. — Я понял это с первого взгляда. Ты — то, что ему нужно.
— Давай не будем об этом, — сказала я. — Не знаю, к чему это всё приведет, но постараюсь быть объективной.
— Я оставил твой багаж у парадного входа, — сказал Рэдай, всё ещё ухмыляясь.
Я бросила на него злой взгляд, раздраженная его самодовольством. Хотя он был прав. Я не могла отрицать этого.
Ланс улыбнулся и снял передо мной шляпу. Затем они оба пошли в сторону парадного входа. Я вернулась обратно к Эйдену как раз, когда он заканчивал есть. Спустя несколько минут я услышала звук заведенного двигателя.
— Тебе нужно поспать, — сказала я Эйдену, после того, как убрала тарелку со стола и засунула её в посудомойку.
— Ты останешься?
— Да.
— Надолго?
— Я ещё не знаю, — сказала я. — Всё зависит от тебя.
— Я ещё не всё рассказал тебе, — сказал Эйден.
— Я так и поняла, — я погладила его по руке. — Ты сможешь рассказать мне всё утром.
Мы вышли из кухни, направляясь в спальню. Я помогла Эйдену найти чистые шорты и велела ему идти в душ. Пока он мылся, я пыталась упорядочить всю новую информацию в голове.
Да, у Эйдена был ребенок, но все мои предположения на его счет оказались неверными. Эйден даже не попытался справиться с потерей, прямо как его мать после смерти отца. Его никто не научил, как справляться с горем, а совладать с ним самостоятельно он не мог.
Смерть ребенка. Что может быть хуже?
Прислушиваясь к звукам, доносившимся из душа, и удостоверившись, что Эйден ещё моется, я забежала на кухню и на скорую руку сделала себе бутерброд. Я не ела с тех пор, как выехала из дома, поэтому сейчас меня одолел жуткий голод.
Я понимала, что не смогу прыгнуть выше головы, и, в конечном счете, Эйдену понадобится помощь профессионала. То, что я — дочь психолога, не делает меня экспертом в психологии. Но те приёмы, которым я научилась, могут помочь направить его в верном направлении.
Я всё еще не понимала, чем расстроил его телефонный разговор в аэропорту, почему он был так груб с кем-то по телефону той ночью. Не объяснил, почему у него был пистолет, что произошло на стоянке. Его история не давала ответов на вопросы: чем Эйден зарабатывает себе на жизнь или что случилось после его ареста. Куча вопросов оставались без ответов. Но всё это подождет до утра.
Поглощая на ходу сэндвич, я убрала багаж с входа и перенесла его в спальню. Нашла зарядку для телефона — первое, что я положила в поездку — достала сумочку с гигиеническими принадлежностями и пижаму. Из ванной не доносилось ни звука, но я знала, что Эйден пробудет там ещё пару минут, так что решила сменить одежду.