— За папиросочками, это вам к начальству! — ответил водитель. А вот махорки могу отсыпать.
— Бери дед Карпо махорку! — крикнул Лежнев, опрокидывая тяжелый ящик на землю. Неизвестно сколько еще здесь проторчим.
— Это как это неизвестно, — поправляя пилотку, ответил Демин. Завтра рано утром наступление. Если фриц сегодня не попрет, то к обеду будем в части. А он попрет, обязательно попрет.
Карпо подошел к водителю: — Ну, давай делись своим богатством. Когда курево есть, и воевать спокойнее. Водитель достал тряпичный кисет доверху набитый табаком и стал развязывать тесемку.
— А пахнет-то как! — приговаривал Карпо, пока владелец кисета совершал свое нехитрое действо.
— Отменный табак, аж нос щекочет! — приговаривал Карпо.
— Куда тебе? — спросил водитель. Карпо достал из кармана свернутую газету.
— Сейчас кулек сверну, туда и сыпь! — указал он водителю. — Не жалко такой табак-то раздавать? — усмехнулся Карпо.
— А чего его жалеть-то? — улыбнувшись, пояснил тот.
Для таких героических хлопцев, и машину табака не жалко.
— Это верно, — кивнул Карпо, запаковывая кулек с табаком.
Ящики со снарядами уже перекочевали к орудиям.
Водитель, деловито осмотрев пустой кузов полуторки, захлопнул деревянный борт.
— Ну, держитесь тут! — кивнул он головой.
— Езжай, давай! — кинул ему Демин. Фриц может в любую минуту объявиться. Полуторка захрипела и стала разворачиваться.
— Ну, теперь полный порядок, — улыбнулся Демин. И боезапас, и пулеметы есть.
— Лежнев ко мне! — скомандовал он. Видишь правее маленький пригорочек. Бери пулемет, три диска в запас и дуй туда окапываться. Лежнев кивнул.
— И не вздумай геройствовать! — предупредил его Демин.
— Кажись прут! — тревожно произнес Карпо, заметив, как над перелеском вдали в небо взвились стаи птиц.
— Ну и глаз же у тебя дед Карпо! — восхищенно произнес Тимофей.
— Охотником был до войны! — резонно заметил Карпо.
Вскоре донесся шум моторов.
— Танки там есть? — к Карпо подошел Демин.
— А как же, — усмехнулся Карпо. Весь зверинец собрался. Немец без танков воевать не может.
— Это как ты так различаешь по слуху? — вновь удивился способностям Карпо Симаков.
— Он же сказал, охотник! — пояснил Демин.
— К орудиям! — скомандовал он. Красноармейцы рассыпались своими расчетами к своим орудиям.
Впереди показалась колонна мотоциклистов и три танка.
— Ишь, какие они нарядные! — усмехнулся Карпо, глядя в бинокль на кожаные плащи мотоциклистов.
— С резерва, наверное, — пояснил Демин, — не поистрепались еще в боях.
— Сейчас мы их немного поистреплем! — усмехнулся Симаков, вертя за рукоять подъема ствола.
—Подпусти танки ближе, — указал Демин, — а Лежнев мотоциклистов успокоит.
— Что-то мало их, — заявил Карпо. Говорили, чуть ли не дивизия пойдет.
— Где сейчас немец лишнюю дивизию возьмет? — усмехнулся Демин. Там они все, — он указал на север. Засели на высотах.
Танки, скрипя гусеницами, продвигались по дороге. Командир головной машины, высунувшись из люка, осматривал из бинокля местность.
— Разведка может? — предположил Симаков.
— На кой черт тогда танки, хватило бы мотоциклистов, — не согласился с ним Карпо.
— Остальные на подходе, — предположил Демин.
—В любом случае, — рявкнул он, — бить будем всех. Не пропускать же эти три танка и пехоту к нам в тыл.
— Ну, это само собой, — крякнул Карпо.
Бить будем всех. Сорокапятка лязгнула затвором.
— Ближе, ближе! — сквозь зубы процедил Тимофей.
Танк словно учуяв опасность, лязгнув гусеницами, остановился.
— Я ж говорю зверинец. Учуял нас, — разочарованно пробубнил Карпо.
— Точно зверь, — согласился с ним Демин. Он нас не видит, но чует.
— Если бы видел, то башню бы в нашу сторону развернул, — добавил Карпо. Гадает фриц, не решается.
Вслед за головным танком остановились остальные два. Мотоциклисты съехали к обочине.
— Ну чего они там? — нетерпеливо произнес Симаков.
— Боится фриц? — усмехнулся Демин.
— А что там Лежнев с пулеметом? — не отрывая глаз от бинокля, спросил Карпо.
—Огонь Лежнев откроет только после нас, — пояснил Демин. Чтобы не спугнуть.
Постояв несколько минут прямо на середине дороги гусеницы танка дернулись.