— Мошенников очень сложно вычислить, — отозвался Ваня. — И на самом деле, их поимка не дело СБ любой страны. Что ты о ней знаешь?
— О, она умудрилась за неполные полгода обнести весь восточный берег Америки, подставить какого-то брокера, втереться в доверие Шведской королевской семье и даже поруководить каким-то борделем в обход Гильдии, — перечислил я всё то, о чём смог вспомнить. — Послужной список у этой дамочки просто огромный. Но великая мошенница попалась на проблемах с налогами в Дании. Классика, но действующая во все времена во всех странах и, полагаю, во всех мирах. Если ни за что другое официально посадить не получается, лови на налогах. Так, когда её выпустили из тюрьмы?
— И в этом-то и проблема. Госпожу Нильсон никто не освобождал, и она до сих пор числится заключённой. Вместо неё сидит какая-то полубезумная женщина, которая даже не может вспомнить, как оказалась за решёткой. Мы лично всё проверили, чтобы не попасть в очередной раз впросак, — серьёзно произнёс Ваня, нахмурившись. — Внешне это практически полная копия Нильсон, но точно не она.
— И что, в Дании это считается нормой? — я потёр переносицу, поглядывая на невозмутимого Рокотова.
— Либо им это выгодно, либо всё равно, либо то и другое вместе. Лаура очень богатая женщина и вполне может подкупить того, кого нужно. Она так бы и осталась в тени, если бы не решилась наведаться в Россию, где ни разу ещё до этого не работала.
— Я так понимаю, это про неё говорил Денису таможенник? — поинтересовался я, разглядывая дорогу за окном. Мы уже подъезжали к выезду из города, и до самих конюшен оставалось не больше пяти минут езды.
— Да. К сожалению, наши базы данных пока неполные, иначе просто так проникнуть на территорию республики ей бы не удалось, — поморщился Ваня. — К тому же, официально о её побеге не сообщалось, и она не числится ни в одной разыскной базе. Это на самом деле чудо, что таможенник сумел её опознать.
— Что сказали датчане? — полюбопытствовал я, даже не зная, как относиться к тому, что меня обворовала мошенница уровня Агнешки. Ну, почти. Вишневецкая, в отличие от Нильсон, никогда не имела проблем с законом. Интересно, а насколько в таком случае богата бабушка Ванды? Я прикрыл глаза, прогоняя ни к месту возникшие мысли, хотя интерес всё же остался. Да и про герцогиню, точнее про эту личность старой мошенницы мне всё ещё хотелось узнать.
— Ничего. Что они могут нам ответить, если мы официально ничего не сообщали? — хмыкнул Рокотов. — Поймаем, допросим и будем решать, что с ней делать дальше. Зачем сразу открывать все карты? Лаура, кстати, как мы поняли, взяла личность той несчастной, что вместо неё сидит в датской тюрьме, и сейчас является обеспеченной вдовой какого-то давно почившего шведского бизнесмена. Кстати, у неё тоже фамилия Нильсон. Это так, для справки. Вообще, идеальная афера, на самом деле. Если нет наших магических идентификаторов и распознавателей с полной базой данных, обычную систему наблюдения и идентификации легко обойти.
— У нас будут проблемы с их поимкой? — прямо спросил я, отводя взгляд от окна, где показались яркие огни видневшегося невдалеке нового ипподрома.
— Не думаю. Тогда мы не знали, куда смотреть и на что. Сейчас нам многое известно. К тому же людей, засветившихся на приёме в посольстве, практически нет. Меня никто из них не видел, Шехтер официально представлен как твой телохранитель, так что проблем быть не должно, — произнёс полковник, вставляя наушник в ухо, чтобы держать связь с охраной периметра.
— План готов или, как и решили раньше, будем действовать по обстоятельствам? — задал я весьма своевременный вопрос, потому что совещания с учётом новых данных мы не проводили.
— Мы будем действовать по ситуации. Тебя даже близко не должно быть рядом с нами, — с нажимом произнёс полковник, а мне оставалось только поднять руки в знак капитуляции.
— И что мне тогда делать, и самое главное, как мне узнать эту мошенницу? — задал я несколько вопросов.
— Улыбаться и светиться перед камерами. Ты забыл про Демидова, решившего принять участие в нашей небольшой авантюре? Не привлекай внимание Морозовой и веди себя как обычно, — проинструктировал меня в очередной раз Рокотов и замолчал.
— Обычно я либо разгребаю накопившиеся дела, либо очень недолго сплю, — пробормотал я и отвернулся. На самом деле отстраниться от дела было сложно, особенно когда подлая мыслишка об очередном фиаско перед какими-то мошенницами никак не хотела покидать голову.