— Доченька, что с тобой стряслось, я видела как тот мужчина увлёк тебя за собой. Кто он?
Ондея поглядела на мать с ласковой улыбкой, в её глазах мелькнула привычная печаль:
— Мамочка, не волнуйся, всё уже хорошо.
Русалка принялась рассказывать всё в подробностях и так увлеклась что услышала восьмую сестру только когда та её окликнула. Привидение тут же растворилась в воздухе, а седьмая дочь обернулась. За спиной салатоволосой стояли девятая и шестая дочери.
— Идём с нами, Ондея, довольно уже держаться особняком, — проговорила шестая сестра.
Седьмая дочь не подобрала нужного аргумента и скрыв за мягкой улыбкой досаду, кивнула. В следующий раз она будет осмотрительнее, выждет дольше, пока русалки не выйдут на сушу, а может и сёстры не позовут её больше с собой.
— Здесь наши платья, мы их надеваем, чтобы не отличаться от людей, — звонким голосом произнесла девятая сестра и указала на сучьи сосны.
— Люди отличают нас по волосам и босым ногам, — показалась четвёртая сестра. — Все они носят на ногах какие-то шкуры, и я ни у кого не видела зелёных волос.
— Так идёмте, возьмём у них шкуры на ноги и повяжем тряпки на голову! — предложила восьмая сестра.
— А где десятая сестра? Она уже убежала в деревню?! — завертела головой пятая сестра. — Несдобровать нам всем из-за неё.
Восьмая сестра помогла Ондее надеть красный сарафан.
— Прямо как настоящая человечка! Идём, седьмая сестра.
Чем дальше в лес русалки отходили от озера, тем становилось темнее из-за крон деревьев, чтобы не потеряться они держали друг друга за руки. Где-то недалеко были слышны трели соловья, а впереди стал увеличиваться просвет между редеющими деревьями. Вскоре сёстры вышли из леса. Большая желтоватая луна в окружении звёзд освещала им путь.
— Вон там деревня, — махнула рукой девятая сестра, продолжая держать Ондею за руку.
— А это не опасно? — забеспокоилась седьмая дочь. — Пока у нас нет хвоста мы не сможем себя защитить пением.
— Мы каждую луну бываем в деревне и еще ничего не случилось, — отозвалась шестая дочь. — Просто держись нас и всё будет хорошо.
Русалки гуськом прошли за ворота и оказались среди множества жилых деревянных домиков с соломенной крышей. Трещали кузнечики, где-то недалеко брехала собака, мягкая трава приятно щекотала ступни, тёплый ветер трепал волосы и складки одежды.
— Смотрите, вон там они хранят тряпки, которыми покрывают волосы, — указала пятая сестра на верёвку с сохнущим бельём. — Идёмте!
Русалки снова гуськом, выстроившись строго по старшинству подошли к верёвке. Четвёртая сестра снимала сохнущие тряпки и передавала пятой сестре, а та дальше по цепочке. В руках Ондеи оказался платок, она не умело накрутила его на голову, чтобы скрыть зелёные волосы, а потом помогла сделать тоже самое восьмой и девятой сестрам. Вдруг взгляд зеленоволосой упал на вилы, прислоненные к дверце сарая. Недалеко находился стог сена.
— Что это? — спросила она восьмую сестру, указывая на вилы.
— Этим люди собирают наземные водоросли, потом сушат их и едят, — ответила та.
— Теперь идёмте за шкурами, — скомандовала четвёртая сестра и русалки колонной двинулись за ней следом.
— Сёстры, подождите! — кинулась к ним откуда ни возьмись десятая сестра с распущенными волосами изумрудного цвета.
— Откуда ты взялась? — в один голос удивились старшие сёстры.
— Я заглядывала в окна к людям. Представляете, они там в своих избах разжигают огонь. Глупые люди! Зачем им огонь? Разве они хотят сгореть? — своим звонким голоском поведала младшая из русалок.
— Будь осторожна десятая сестра, люди могут быть очень опасны, — назидательно произнесла шестая дочь водяного.
Но десятая дочь только весело хихикнула и вприпрыжку подбежала к концу колонны.
— Идёмте за шкурами для ног, сёстры, — поторопила четвёртая сестра. — И пусть десятая сестра чем-нибудь укроет волосы.