Вспышка. Темнота. Забвение.
Крестель очнулся в лесу на берегу заросшего камышом озера, за спиной его висел арбалет, хотя он не помнил, чтобы брал его. В небе ещё виднелась полная луна, хотя предрассветное зарево указывало на скорое восхождение дневного светила.
— Где это я… — прошептал Крестель, на всякий случай натягивая тетиву арбалета.
Вдруг послышался шум, крики и плач ребёнка. Из-за деревьев показался взлохмаченный бородатый мужчина с младенцем на руках, он широкими шагами направлялся прямиком к озеру.
— Верни моё дитя! — раздался крик женщины, бегущей позади.
Она была босая в ночном платье, разорванном до колена с растрёпанными волосами. Но мужчина, не останавливаясь, продолжал приближаться к озеру. Охотника он заметил лишь в последний момент. Крестель преградил путь водяному и пустил ему в сердце стрелу с наконечником из кованного железа. Женщина бросилась к бородатому мужчине и выхватила из ослабевших рук ребёнка, потом обернулась к нежданному спасителю, но не успела произнести ни слова – тот буквально растворился в воздухе.
Прошло около трёх недель с тех пор как Крестель очнулся в кузне. Кузне своего отца, которой никогда раньше не было. Скрижалей более не существовало, они растворились во всём сущем, а, следовательно, не стало и трезубца и у Тидейтора не было больше цели охотиться за артефактом. Он не избрал путь охотника на нечисть, а предпочёл стать кузнецом и растить сына.
Под предлогом закупки дамасской стали Крестель отлучился в поисках лесного озера недалеко от реки, куда он когда-то, в прошлой жизни, отнёс зеленоволосую русалку.
Молодой охотник, предусмотрительно залепил уши воском, чтобы не поддаться чарующему пению русалок. Он заметил натренированным взглядом всплески не характерные для рыбы и зелёные волосы, мелькнувшие в водной глади. Лишённый по своей воле слуха, Крестель не услышал, как его окликнули и обернулся только в ответ от прикосновения к плечу. Это была она, Ондея, но выглядела совсем по-другому. Румяные щёки, красный сарафан, лапти на ногах и тёмно-русые волосы, заплетённые в тугую косу.
— Ондея? — округлил глаза Крестель и вынул из ушей затычки.
— Ондея? — с улыбкой переспросила девушка. — Какой странное имя. Но мне нравится. Вы кого-то ищете? Мне показалось вы кого-то ищете.
— Уже нашёл, — выдохнул Крестель, но тут же поправился, боясь спугнуть эту новую человеческую Ондею. — Я просто люблю гулять по лесу, а тут набрёл на озеро. Очень живописно, не находите?
Девушка кивнула.
— Да, очень. Мне нравится сюда приходить, я вообще обожаю воду и, вы наверно будете смеяться, но иногда я слышу, как разговаривают рыбы.
— Нет-нет, я не буду смеяться, — заверил парень.
Девушка посмотрела на него со скептицизмом, но всё же продолжила.
— Например в этом озере в камышах я часто встречаю щуку, которая говорит про какую-то Ивлит, то ли она сама себя так называет, я так и не поняла. Вы не смеётесь?
Девушка закусила губу.
— Вы очень милая и у вас красивые волосы, — произнёс Крестель, вовремя отдёрнув руку, потянувшуюся к её голове.
— Спасибо. Правда мама мне очень туго их заплетает. Может я сейчас скажу глупость, но мне нравится как вы на меня смотрите, на меня никто и никогда так не смотрел и мне кажется что я вас уже видела, только не помню где.
— В прошлой жизни.
Девушка рассмеялась, а Крестель немного снисходительно улыбнулся, продолжая не сводить с неё глаз.
— А хотите яблочного пирога? Мама печёт замечательные яблочные пироги? — спросила девушка и затаила дыхание, ей отчего-то очень сильно хотелось, чтобы незнакомец согласился.
— С удовольствием отведаю яблочного пирога.
Конец