– Носителем знания была Настя, шизик ты старый! И ее за это убили!
– Какой же ты наивный и доверчивый, сынок.
Обычно в слове «сынок» в устах Святогора звучала отеческая теплота и забота. Теперь старик произнес его с презрительной издевкой.
– Впрочем, таким же был твой далекий прапрапрапрадед несколько тысяч лет назад, – заметил Святогор. – Наивный, как грудное дитя. Знаешь, как я выбил его согласие на участие в моем маленьком… хм… эксперименте? Сказал, что эта магическая процедура обеспечит его суперпотенцией до самой старости. Чувак поверил.
Жжение в горле улеглось; место, где жвала прокололи кожу, занемели. Теперь, когда мозг больше не затуманивала дикая боль, Сергей мог трезво поразмыслить.
Ему все казалось, что Святогор просто-напросто рехнулся. Но что, если это не так? Если он действительно – Мастер Смерти? Он одним лишь словом сжег преследователей из «Гильдии». Кроме того, была еще одна деталь, на которую Сергей раньше не обращал внимания.
Отрубленная рука. Святогор во время их первой встречи рассказывал, что потерял ее в бою с оборотнем. Но это могло быть ложью – ведь у Мастера Смерти тоже не было руки! Сергей вспомнил отрывок из «Летописи».
«Отец ненавидел мальчика и решил его уничтожить. Несколько золотых монет палачу – и тот, поймав ребенка, отправился в лес, чтоб перерезать ему горло.
Мальчика спасла жадность палача. Он подумал, что платы за убийство мало. Ребенку было семь лет, а дети этого возраста ценились колдунами – их кровь годилась для многих заклинаний. Палач продал мальчика работорговцу. Но перед этим отрубил ему по локоть левую руку – чтобы отдать ее отцу как доказательство выполненной работы».
У Сергея от ужаса зашевелились волосы на голове. Неужели правда?.. Святогор и Мастер Смерти – одно лицо? Но, господи, как такое возможно?
– Так что твоя наивность, сынок, – дело наследственности! – между тем вещал Святогор. – И то, что ты поверил отчекрыженной башке Зорана, будто носителем знания была Настя, – все это из-за плохой наследственности.
– Если она не носитель знания, зачем тогда ее убили?!
– О… Это долгая история.
Святогор взял табурет и сел слева от Сергея.
– Я вышел из транса, воскрес, возродился, очухался – можешь использовать синонимы, которые тебе удобнее, двадцать лет назад. Остатков могущества мне хватило, чтобы определить носителя знаний – тебя. А потом…
– Да не могу я быть носителем знаний! – взорвался Сергей. – Я родился в самой обыкновенной семье, я не был магом, я…
– Носителю знаний не обязательно быть колдуном. Носитель не может пользоваться знаниями, которые у него в крови. Единственное, чем отличается носитель от обычных людей, – это тем, что его защищает везучая магия.
– Чего?!
– Везучая магия, – повторил Святогор. – Одна из функций Камня Наследия. Ты читал о ней в библиотеке «Гильдии».
И правда – Сергей читал. Отрывок из «Летописи» будто всплыл перед глазами:
«Информация находится в крови человека – до того времени, пока у него не рождается ребенок. Тогда знания автоматически переходят к нему. И так далее, до бесконечности…
Главная особенность – сам носитель не может пользоваться знаниями. Он даже не подозревает, что они – эти знания – находятся в его крови. Он просто живет. Выполняет роль сейфа.
Одновременно Камень Наследия защищает носителя от насильственной смерти. Цепочка передачи информации не должна прерваться. Она должна идти сквозь века, сквозь тысячелетия…»
– Везучая магия защищала всех твоих предков. И тебя она защищала – всю жизнь.
– Чушь!
– Да неужели? Ты ни разу не был на волосок от смерти, и счастливое стечение обстоятельств тебя не спасало?
И тут Сергей поверил. Святогор говорил правду. Счастливое стечение обстоятельств – в его жизни оно встречалось сплошь и рядом.
Детство… Ему пять лет. Он забрался на крышу пятиэтажного дома. Поскользнулся и сорвался с двадцатиметровой высоты. Но вместо того чтобы рухнуть на заледеневшую мостовую, чудом приземлился в огромный мягкий сугроб. Отделался легким испугом и царапиной на щеке.
Двадцатый день рождения. Сергей собирался с друзьями отдохнуть недельку на тропическом курорте. Но за пару дней до вылета он подхватил гайморит, и планы отдыха накрылись медным тазом. Пришлось сдавать билеты. А вскоре в новостях сообщили: самолет, на котором он собирался лететь, разбился.
Ссора с Настей… Чтоб успокоить нервы, Сергей разгоняет свой «Ланос» на Бориспольской трассе до двухсот десяти километров… Жуткая авария с потерявшим управление «КрАЗом». Бесформенная груда искореженного металла, которая осталась от его «Ланоса». И – ни царапины у Сергея.