– Кошмар… А кто такие кинокефалы?
– О, ну с ними ты уже знаком! Это научное именование песиголовцев.
– Угу. А кто такой…
– Светочер? – предвосхитил очередной вопрос Святогор. – Сын упыря и живой женщины. Видел такого один раз в Софии… Ладно, пошли дальше, время идет!
Старик ответил правильно на сто восемь вопросов. На мониторе появилась надпись:
«Тест засчитан. Ваша кандидатура будет рассмотрена в течение месяца».
Святогор был уверен, что его примут. Да и Сергей был уверен – ведь старик был профи в своем деле. Однако ответ, который пришел ровно через месяц, в пух и прах разбил их надежды. Письмо гласило:
«Уважаемый соискатель!
Мы внимательно ознакомились с предоставленными Вами документами. И очень впечатлены высоким баллом, который вы набрали в онлайн-тесте.
Тем не менее, мы вынуждены отказать Вам ввиду вашего возраста. Согласно закону „О возрастных ограничениях работников магических силовых структур“, мы не имеем права принимать на работу сотрудников старше шестидесяти пяти лет.
Благодарим, что обратили свое внимание на нашу компанию. Удачи!»
Святогор сидел как громом пораженный.
– Отказать ввиду возраста… Сукины дети! Да я ж всех их молодых щенков за пояс заткну, если захочу! Пусть хоть какое угодно соревнование устраивают – всех заткну!
Сергею стало жаль Святогора. Старик был похож на птицу, которой подрезали крылья. Он был полон сил и энергии, но неумолимое время поставило на нем крест.
Правда, дело не только во времени. Письмо было свинским: чинуши из «Гильдии» даже поленились придумать какую-то менее обидную отмазку, чем возраст. У того, кто писал ответ, не было либо совести, либо мозгов, либо и того, и другого.
Святогор выругался. Затем пошел в коридор и стал надевать куртку.
– Ты куда? – удивился Сергей.
– На радиорынок, сынок. Одевайся и ты, поедем вместе.
– О’кей! А что мы там будем делать?
– Продавать этот чертов ноутбук. Сотри там информацию только… как там это делается.
– Зачем его продавать? Он же работает отлично!
– Потому что, сынок, у нас кончились деньги. У меня остались последние двадцать гривен. Если не продадим ноутбук, завтра не будет ни на еду, ни на бензин…
Тут уж захотелось ругаться Сергею. Он сто раз за этот месяц порывался идти на работу – и каждый раз старик его удерживал чуть ли не насильно, напоминая, что врачи запретили ему любую нагрузку. Так-то так, но его бесило ощущение финансовой беспомощности и то, что приходится жить за счет старика. Особенно теперь, когда Святогор истратил все до копейки.
Они приехали на радиорынок почти к закрытию. Больше половины магазинчиков уже не работали, да и от работающих толку было мало: барыги предлагали купить ноут просто за смехотворную сумму.
– Сорок долларов…
– Пятдесят…
– Шестдесят…
– Вы чего, издеваетесь? – не выдержал старик. – Я месяц назад у вас тут его за три сотни покупал!
– Так за месяц много чего изменилось, уважаемый! – нагло соврал торгаш, разводя руками. – Так и быть, семьдесят баксов, но ни копейкой больше!
– Да пошел ты… – буркнул старик.
Они с Сергеем обошли весь рынок – однако нигде больше семидесяти долларов за ноутбук не давали. То ли в прошлый раз их надули при покупке, то ли в этот раз пытались развести.
Они уже отчаялись, когда внезапно заприметили мелкую лавочку на самом краю базара. Хозяин торговал всяким-разным барахлом, но с ходу предложил им сто сорок баксов за ноут. Святогор не думая согласился. Мужик полез в кассу, чтоб отсчитать деньги, и чертыхнулся:
– Совсем забыл – жена заходила, всю выручки ей отдал. Вот что, постойте здесь, я сейчас сбегаю к корешу напротив, долгану бабла у него…
Он выскочил из магазинчика, оставив Сергея со стариком одних. Те, от нечего делать, принялись рассматривать выставленные на витрине товары.
Ассортимент впечатлял. Тут были ламповые телевизоры и последние модели домашних 3D-кинотеатров; допотопные кирпичи-мобилки и суперсовременные, тонкие, как бритва, смартфоны; машинки-тазики «Малютка» семидесятого года и американские стиралки с сенсорным управлением и солнечной батареей…
Имелись и совсем раритетные штуковины, которых Сергей раньше даже не видел: старинные диапроекторы, бобинные магнитофоны, складной фотоаппарат «Фотокор-1» с выдвигающимся объективом-гармошкой…
Но особое внимание Сергея привлек советский синтезатор с креативным названием «Гамма». Это была здоровенная коробка синего цвета весом больше двадцати килограммов, с ручками на боку и кучей кнопок. С одной стороны синтезатора имелась надпись «Житомирский завод „Эстрадин“», с другой прибор украшала пожелтевшая наклейка: «Советское – значит лучшее!».