Мать чувствовала себя на земле не хуже, чем в воздухе, также легко защищаясь крыльями от огня Ярика и не подпуская нож Балдура к себе. Она успела заметить в человеке сборщика, с которыми, судя по её поведению, она имела дело и не раз. Стервятник был почему-то уверен, что ни одному из них не удалось собрать её дух или, по крайней мере, уйти невредимым. Оставалось только понять, что ей удалось узнать о поведении стервятников.
Балдур сделал ложный выпад, один из тех которыми пользовались практически все коллеги по его цеху. В обычных условиях сборщик, не скрывая сжатый в руках кристалл, бежит напрямую к зверю, делая ложный выпад в нескольких шагах. Добыча обычно реагирует на первое движение и атакует, обнажая абсолютно незащищенное место.
Было бы неплохо если сработает, подумал он про себя, но тут же забрал свои слова обратно. Мать не только никак не заглотила наживку, но и прикрыла бок, куда метил человек. Подобный ход заставил Балдура врываться ботинками в землю и поменять траекторию атаки.
Аспид заметил, как человек замешкался и намеревался ретироваться как можно скорее, и потянул огромный раскрытый клюв. Ложь внутри лжи, манёвр внутри маневра, в этом заключалась тактика большинства сборщиков. Именно она позволяла обманывать противника, и давала возможность выжить.
Балдур медленно сбавлял скорость бега, и со стороны могло показаться, что он сдался. Клюв практически сомкнулся вокруг тела человека, как по чешуйчатой голове застучал барабанный дождь из огненных шаров. Секундой раньше, и это бы не сработало. Балдур знал, что вводить вторую ложь стоит лишь в момент, когда зверь полностью уверен в своей удачной атаке. Ведь ничто так не может вселить уверенность, чем чувствовать запах добычи своим носом.
Мать уже давно наплевала на боль и повреждения и собиралась закончить начатое, однако ударная волна барабанной дроби заставила её вдавить шею и промазать. Балдур воспользовался моментом и поблагодарил богов, что этот урок она так и не усвоила.
Он что есть сил ударил в щель меж чешуек и почувствовал, как рука начинает набухать. Будто каждая вена наполняется кровью и вот-вот лопнет. Жжение постепенно нарастало. Он отдернул рукав, и посреди черного рисунка его татуировки забегали желтые прожилки духа. Балдур ощетинился и недовольно клацнул зубами.
Небольшой и едва заметный паз щелкнул и выплюнул кристалл. Балдур, не теряя ни секунды, вставил другой и почувствовал, как жжение и давление уходит. Всё произошло именно так, как и предполагал после увиденных желтых прожилок. Второй кристалл был наполнен лишь наполовину.
Мать отпрыгнула на несколько шагов, затем замотала головой из стороны в сторону, словно пытаясь выгнать противный гул из головы. Ярик заметил, что Балдур не спешит атаковать и вопросительно взмахнул руками.
— Желтый! — закричал он.
Ярик звонко выругался.
Этот цвет любой сборщик хотел видеть на своей руке в последнюю очередь. Это доходило до того, что никто из них не носил одежды этого цвета и даже близких оттенков. Некоторые даже отказывались от любой еды, и обходили свежеиспеченный хлеб стороной, будто змеиного яда. Из-за этого желтый цвет был своего рода табу, и невозможно было найти ни одного предмета утвари этого цвета не в одной коллегии и компании, промышляющей сбором.
На цвет и качество собранного духа влияли сразу несколько правил. Первым и самым важным, который, пожалуй, не один сборщик не нарушал, было количество оставшегося духа у цели. Жирная, сочная и густая пенка отличалась отменным качеством, но, с другой стороны, если скрести черпаком по днищу, можно получить лишь мутный осадок. По этой и нескольким другим причинам, никто и никогда не высасывал добычу полностью.
Вторым фактором служило эмоциональное состояние цели в момент сбора. Ярость, страх, агрессия и кровожадность являлись сами по себе естественными состояниями, и практически не влияли на качество. Однако если зверь бился в эмоциональной агонии, переполняясь сразу несколькими мощными чувствами, ожидать ничего кроме желтого духа не оставалось. Опытные сборщики старались выполнить свою работу как можно быстрее, не доводя зверя до истерики.
Был и последний фактор, о котором Стервятники говорили постоянно, но практически шепотом. Существовали обитатели земель и морей Личьих, кои настолько мастерски обладали духом, что могли контролировать даже что, что у них забирают. Они нарочно скармливали желтый, отвратный дух, тем самым ослабляя сборщика и его отряд. Не стоило говорить, что редко кто уходил от них живыми.